Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

ОБОЗРЕНИЕ ПСИХИАТРИИ И МЕДИЦИНСКОЙ ПСИХОЛОГИИ ИМЕНИ В.М. БЕХТЕРЕВА  
Том 02/N 2/2005 ИССЛЕДОВАНИЯ

Применение техники репертуарных решеток в психодиагностике больных с алкогольной зависимостью


А.В. Трусова

Санкт-Петербургский научно-исследовательский психоневрологический институт им. В.М. Бехтерева

Метод исследования личности с помощью репертуарных решеток, основу которого составляют положения теории личности американского психолога Дж. Келли (1955 г.), давно и успешно применяется в различных областях психодиагностики. Ю.М. Забродин и В.И. Похилько в своей статье “Теоретические истоки и назначение репертуарных личностных методик” (1987 г.) охарактеризовали Дж. Келли как предшественника когнитивной психологии (лат. cognitio – знание, познание). Когнитивная теория личности, разработанная Дж. Келли, иначе называемая теорией личностных конструктов, имеет своей целью объяснить то, каким образом личность интерпретирует и прогнозирует свой жизненный опыт, предвосхищает (конструирует) будущие события, управляет переживаемыми событиями. Теория личностных конструктов Дж. Келли имеет общие точки соприкосновения с другими крупными психологическими течениями: с гештальтпсихологией, необихевиоризмом, интроспективной психологией. Ключевым понятием этой теории, составляющим ядро личности, выступает “личностный конструкт” – абстракция или обобщение из предшествующего опыта, создаваемый личностью классификационно-оценочного эталона и проверяемый на собственном опыте. “Личностный конструкт” организует и реализует поведение, реконструирует систему взаимоотношений, осуществляя понимание объектов в их сходстве и различиях, конструируя “образ я”. Совокупность личностных конструктов представляет собой систему, важнейшей характеристикой которой является ее относительная когнитивная сложность, выражающая количество составляющих систему единиц, их разветвленность и связь. В силу общности и cоциальности опыта человека многие конструкты у разных людей схожи. Однако поскольку конструкт не усваивается извне, а строится самим человеком, он индивидуально определен, и есть конструкты, которые существуют в одном экземпляре, лишь у данного конкретного человека. Экспериментальным методом, позволяющим выявить систему личностных конструктов человека, является техника репертуарных решеток [1].
   Связь личностных особенностей и аддиктивной патологии давно является предметом исследования психологов разных теоретических школ. Данные многолетних исследований свидетельствуют о том, что в генезе зависимости от алкоголя наряду с биологическими и наследственными факторами, важную роль играют также и психологические факторы, причем некоторые авторы отводят этим факторам основополагающую роль. В рамках так называемых психологических теорий алкоголизма существуют представления об алкогольной зависимости как о форме самодеструктивного (саморазрушающего) поведения (например, суицидальные действия или реакции преодоления стрессогенных переживаний и т.д.) [2–8].
   Иными словами, психологические механизмы формирования и протекания алкогольной зависимости опосредуются личностью, всей системой построения ее отношений. На начальных стадиях алкоголь часто выступает средством снятия хронического психоэмоционального напряжения, возникающего в связи с нарушением личностно-средового взаимодействия и тех внутриличностных условий, которые препятствуют адаптации. В рамках алкогольной зависимости патологическим образом изменяется в первую очередь система ценностей и мотивационно-потребностная сфера человека: большинство ценностей и связанных с ними мотивов поведения, которые обладают достаточной побудительной силой для здоровых людей, не являются ведущими в жизни больных алкоголизмом. Интрапсихический конфликт, возникающий при систематическом употреблении алкоголя, во многом разрешается благодаря действию механизмов психологической защиты, которое делает для человека неосознаваемой значительную часть информации, касающейся его самого. Психологическая диагностика в этой ситуации затруднена, так как многие стандартизованные методы исследования личности (например, опросники) больных алкоголизмом не являются вполне адекватными, так же как и использование проективных методов является затруднительным в силу возможных грубых мотивационных искажений и невозможности отследить динамику личностных изменений в процессе лечения больных алкоголизмом.
   В то же время в условиях наркологического стационара, где проводится первичная психологическая коррекция больных алкогольной зависимостью, остро стоит вопрос выявления “психотерапевтических мишеней” для организации наиболее эффективных методов коррекции личности больного.
   Техника репертуарных решеток представляет собой совокупность методических приемов исследования личности с позиций психосемантического подхода; в том числе эта техника применялась для определения наличия и направленности изменений, наступающих в результате психотерапевтического лечения [9, 10].
   Целью настоящего исследования является определение на многомерной основе особенностей когнитивной и мотивационной составляющей личностной сферы больных с алкогольной зависимостью в связи с задачами краткосрочной психотерапии и психокоррекции. Техника репертуарных решеток Дж. Келли использовалась с целью выявления изменений у зависимых от алкоголя участников психотерапевтических групп. У каждого из них имеются собственная отправная точка, свои собственные проблемы и установки, поэтому и влияние групповой психотерапии будет в большей степени индивидуально. В то же время, так как пациенты имеют схожие проблемы, а групповой процесс структурирован в соответствии с алкогольной проблематикой, логично было бы предположить, что и в изменениях участников группы будет нечто общее. Проверить это предположение можно, исследуя индивидуальные случаи с помощью репертуарных решеток. Предполагается, что этот гибкий и чувствительный метод позволит не только выявить происходящие изменения, но и определить направления этих изменений для каждого из участников, а также для группы в целом.

Частота встречаемости категорий конструктов в двух экспериментах

Исследование

СОЦ

И

ПА

абс.

%

абс.

%

абс.

%

До психотерапии

472

45,7

203

19,67

357

34,6

После психотерапии

360

34,9

428

41,47

244

23,64

Рис. 1. Размещение элементов в пространстве 2 измерений (до психотерапии).

Рис. 2. Размещение элементов в пространстве 2 измерений (после психотерапии).


   Итак, гипотеза нашего исследования может быть сформулирована таким образом: психологические механизмы формирования и протекания алкогольной зависимости отражаются на структурировании системы личностных конструктов зависимых от алкоголя пациентов. В процессе психотерапии наступают такие изменения системы личностных конструктов пациентов, которые позволяют человеку реконструировать систему взаимоотношений с окружающим миром, восприятие себя и, следовательно, являются основой для изменения привычных способов адаптации, отношений и оценок, а также поведения в целом. Таким образом, конкретными задачами исследования являлись:
   • Изучение личностных конструктов пациентов с алкогольной зависимостью, выявление специфических для данной группы больных психосемантических категорий, регулирующих когнитивные и поведенческие стереотипы.
   • Определение свойств системы личностных конструктов данной группы пациентов, оценка динамики этих свойств в процессе психотерапии.
   • Исследование уровневой организации системы личностных ценностей, зависимых от алкоголя пациентов, изменений презентации различных компонентов этой системы при повышении осознанности мотивации собственного поведения.
   Обследовано 86 мужчин с диагнозом алкогольной зависимости (F10.25, F10.26), средний возраст – 36,7 года, средняя длительность заболевания – 7,5 года. Госпитализированы первично 68,6% (59 человек), повторно – 31,4% (27 человек). Исследуемую группу составили больные с алкогольной зависимостью без сопутствующей психопатологии и соматических расстройств, у которых в периоды воздержания от алкоголя наблюдались неврозоподобные нарушения: снижение работоспособности, нарушения сна, нарушения социальных контактов, переживание своей малоценности, неуверенность в себе, познавательная и социальная пассивность, аффективная неустойчивость, элементы социальной дезадаптации. Все больные за время стационарного лечения прошли курс краткосрочной групповой психотерапии, которая состояла из 6–8 занятий, включавших гештальт-упражнения и когнитивные техники. Психотерапевтические группы сформированы закрытого типа, использован директивный метод ведения групп. Больные заполняли репертуарные решетки дважды: до психотерапевтической группы и после окончания курса.
   В качестве основного метода исследования личностного психосемантического пространства использовали тест репертуарных решеток Дж. Келли с модифицированным нами в соответствии с задачами исследования ролевым списком [11, 12]. Применяли оценочную решетку, элементы которой предлагали испытуемым традиционным способом – заполнением ролевого списка.
   У испытуемого методом триад (посредством установления отличий одного персонажа от двух других) выявляли 10 конструктов: с этой целью его просили сравнить между собой элементы ролевого списка, присоединяя при этом к сравниваемым элементам элемент “Я сам”. Затем, если больной проявлял интерес, а процедура тестирования позволяла продолжить, дальнейшие триады определял сам больной посредством выбора любых двух людей из списка, названных им, определения их сходства и отличия от третьего. В модификации теста для данного исследования использовали простой вариант оценочной решетки (“галочки и пробелы”).
   Дополнительно в процессе тестирования испытуемый отвечал на вопрос о том, в чем ему помогает алкоголь, “зачем” он ему нужен. На основании этих ответов выявляли 2 дополнительных биполярных конструкта (“проблемные” конструкты), по которым оценивали все элементы решетки. Эти же проблемные конструкты использовали при повторном тестировании. Использование подобной модификации традиционного репертуарного теста с элементами-ролями позволяет выявить тот уровень презентации индивидуального опыта, который, по Дж. Келли, регулирует реальное взаимодействие человека с его окружением, его поведенческие установки.
   Для каждого испытуемого по результатам эксперимента заполняли две оценочные репертуарные решетки (до психотерапии и после), в которых столбцы соответствовали 16 элементам, а строчки – 12 выявленным конструктам. Каждую индивидуальную матрицу подвергали корреляционному и факторному анализу. Групповую матрицу данных также подвергали корреляционному и факторному анализу.
   Изменения представлений испытуемых о себе выявляли на основе сравнения матрицы интеркорреляции элементов.
   Динамику изменений, наступивших в процессе психотерапии, оценивали посредством сравнения факторных пространств групповых матриц, полученных в результате тестирования до психотерапии и после ее окончания. Для каждого из факторов в обоих факторных пространствах были проранжированы нагрузки для всех конструктов и подсчитаны коэффициенты ранговой корреляции для соответствующих факторов.
   Проверка гипотезы относительно наступающих в процессе психотерапии изменений предполагает анализ содержания собственно выявляемых личностных конструктов. Для этой цели каждый из двенадцати выявленных конструктов (для каждого испытуемого) был отнесен к одной из трех категорий:
   1) к категории “социальной позитивности / социальной негативности” (СОЦ) были отнесены конструкты, относящиеся к сфере социального успеха, признания, авторитетности при межличностном взаимодействии (например, имеет престижную работу/работает где попало; много добился в жизни/ничего не добился и т.п.);
   2) в категорию “индивидуальности” (И) вошли конструкты, имеющие отношение к характерологической сфере, отражающие личностные качества (например, властный/мягкий; искренний/неискренний; вспыльчивый/спокойный и т.п.);
   3) категорию “психологической потребности в алкоголе” (ПА) составили конструкты, сформулированные испытуемыми как “проблемные” (например, напряженный/расслабленный; веселый/мрачный; волевой/слабовольный и т.п.).
   Таким образом, для каждой решетки в двух экспериментах оценивали количество конструктов, принадлежащих к категориям СОЦ, И и ПА. Затем по критерию c2 оценивали статистическую значимость различий в выраженности категорий до и после окончания психотерапии.
   При обработке результатов использовался пакет статистических программ SPSS v.11.0. Из полученного массива данных приведены только высокодостоверные.
   Факторный анализ групповых матриц по конструктам показал, что до начала психотерапии имеется всего три значимых фактора, объясняющих 68% дисперсии.
   Рассматривая полученные факторы с точки зрения составляющих их конструктов, выясняется, что первый фактор (29,4% общей дисперсии) составляют в основном конструкты, характеризующие социальное признание (“уважение”, “дружба”, “мастер своего дела”, “профессионал”, “широкий круг общения”, “душа компании”). Второй фактор (21,1% общей дисперсии) образован проблемными конструктами, а также конструктами, в которых алкоголизация выступала как фактор общности или оцениваемое свойство (“выпивают вместе”, “пьет, как я”, “может много выпить”, “совсем не пьет”); этот фактор можно интерпретировать как фактор “алкоголизации”. Третий фактор (17,5% общей дисперсии) составляют проблемные конструкты, а также конструкты, определяющие позитивные качества, внешнее благополучие (“обеспеченный материально”, “здоровый”, “сильный”, “молодой”, “привлекательный”); этот фактор можно интерпретировать как фактор “благополучия/неблагополучия Я”.
   После окончания психотерапии всего выявлено три значимых фактора, объясняющих 75% дисперсии: первый фактор (31,2% общей дисперсии) составляют в основном конструкты, характеризующие индивидуальный стиль деятельности (“ленивый”, “много работает”, “настойчивый”, “целеустремленный”, “уверенный”, “волевой”); этот фактор можно интерпретировать как фактор “мотивации достижения”. Второй фактор (26,8% общей дисперсии) образован проблемными конструктами, а также конструктами, определяющими межличностное взаимодействие, чувство общности (“понимающий”, “искренний”, “лидер”, “интересный собеседник”, “готовый помочь”, “чуткий”); причем положительный полюс образован конструктами, относящимися к чувству общности, в то время как проблемный конструкт может выступать здесь в качестве показателя социальной отчужденности. Поэтому этот фактор может быть проинтерпретирован как “социальная адаптивность – дезадаптивность”. Третий фактор (17,1% общей дисперсии) содержательно мало отличается от третьего фактора до психотерапии: его составляют проблемные конструкты, а также конструкты, характеризующие внешнее положительное свойство (“умный”, “счастливый”, “здоровый”, “привлекательный”, “сильный”, “молодой”).
   Результаты факторного анализа групповых матриц по элементам наглядно представлены на рис. 1, 2. Анализ размещения элементов, заданных ролевым списком, показал динамические сдвиги в социальных стереотипах восприятия испытуемых.
   Как видно, до психотерапии элементы размещались достаточно хаотично, близкими и составляющими единую группу являются элементы: “Больной”, “Алкоголик”, “Неудачник”, “Белая ворона” и “Абсолютно непьющий человек”, в то время как другие элементы относительно разрозненны.
   Интересно, что до начала психотерапии элемент “Я сам” расположен в значительном отдалении от других элементов, что характеризует затруднения в самовосприятии и действие защитных психологических механизмов, мешающих осознанию собственной социальной позиции.
   По окончании психотерапии образовалось 4 группы элементов с четкими связями:
   • Группа элементов “Я сам”, “Больной”, “Алкоголик”, “Абсолютно непьющий”, “Хороший семьянин” – объединение данных элементов в одну группу может свидетельствовать о частичном преодолении анозогнозии, формирующейся установке на абсолютную трезвость, а также о роли семьи в лечении.
   • Группа элементов “Неудачник”, “Белая ворона” и “Безработный” – негативно окрашенные элементы, находящиеся в непосредственной близости от первой группы.
   • Группа элементов “Уважаемый человек”, “Популярен у женщин” и “Хорошо зарабатывающий” – позитивно окрашенные элементы.
   • Группа элементов “Волевой человек” и “Образец для подражания”.
   Интересным является то, что элементы “Надежный друг“, “Человек, следующий традициям и правилам общества”, а также “Человек, ведущий здоровый образ жизни” не входят в какую-либо группу, а стоят особняком.
   Основные изменения в расположении элементов касаются элемента “Я сам” – с периферии он переместился фактически в центр, что свидетельствует о существенных изменениях в восприятии больными собственной социальной позиции.
   Полученные измерения можно трактовать следующим образом: измерение I – как ось “Идентификации, похожести на меня”; измерение II – как ось “Направления желаемых изменений”.
   Анализ собственно содержания конструктов происходил по вышеназванным категориям. В таблице представлены данные о выраженности различных категорий конструктов при первичном и повторном исследовании.
   В целом в процессе психотерапии наблюдали снижение выраженности категории СОЦ и ПА, повышение значимости категории И (p<0,001).
   Таким образом, проведенное исследование позволяет утверждать, что систему личностных конструктов больных алкоголизмом характеризуют низкие показатели интенсивности внутренних связей, что свидетельствует о затруднительности однозначных прогнозов для данной группы пациентов, высокой степени неопределенности в ситуациях социального взаимодействия; высокие показатели противоречивости и аморфности, что подтверждает низкую мотивацию к лечению, характерную в целом для аддиктивных больных, наличие “борьбы мотивов”, низкую степень осознанности поведения.
   Недифференцированная позиция “Я”, выявленная у больных с алкогольной зависимостью, а также повышенная значимость категории социальной позитивности в системе их личностных конструктов, характеризуют действие психологических защитных механизмов, лежащих в основе анозогнозии. В процессе психотерапии повышается роль конструктов, относящихся к особенностям активного индивидуального стиля жизни, становится более четким и дифференцированным восприятие собственных социальных ролей, а общая значимость социальной позитивности снижается.
   Особенно значимыми в личном психосемантическом пространстве больных с алкогольной зависимостью являются факторы социального признания и межличностного взаимодействия, причем в процессе психотерапии увеличивается осознанность роли индивидуальных усилий и мотивации, что свидетельствует о повышении ответственности за собственную жизнь и здоровье, а также изменении критериев социальной перцепции.
   Таким образом, полученные данные могут служить экспериментально обоснованной моделью проведения краткосрочной групповой психотерапии в условиях наркологического стационара. Выявленные особенности когнитивной структуры личности больных алкогольной зависимостью позволяют наиболее оптимальным образом формировать цели и задачи психологической коррекции на первоначальных этапах лечения.   

Литература
1. Kelly. A Theory of personality. The psychology of Personal constructs. NJ 1955.
2. Братусь Б.С., Сидоров П.И. Психология, клиника и профилактика раннего алкоголизма. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984.
3. Валентик Ю.В. К современной концепции алкоголизма и зависимости от алкоголя. Новости науки и техники. 1998; 2.
4. Короленко Ц.П., Завьялов В.Ю. Личность и алкоголь. Новосибирск, 1988.
5. Шустов Д.И. Психотерапия антивитальных проявлений в клинике хронического алкоголизма. Пособие для врачей. М., 2000.
6. Jellinek EM. The Disease Concept of Alcoholism. New Haven, 1960.
7. Jessor R, Jessor S. A social-psychological framework for studyng drug use. Theories on drug abuse: Selected contemporary perspectives/ NIDA research monograph. 1980.
8. Mann K, Ackermann K, Sass H. Pharmacotherapy or psychotherapy in alcohol dependent Patients? Abstr. 10th Int. Conf. Alcohol, Liverpool, 14–17 Apr., 1996. Alcohol and Alcohol. 1997.
9. Коржова Е.Ю. Человек болеющий: Личность и социальная адаптация. СПб., 1994.
10. Крупицкий Е.М., Гриненко А.Я. Невербальные (цветовые) репертуарные решетки: Методология исследования. Обозр. психиат. и мед. психол. им. В.М.Бехтерева. 1996; 3–4.
11. Забродин Ю.М., Похилько В.И. Теоретические истоки и назначение репертуарных личностных методик. Франселла Ф.Б., Баннистер Д. Новый метод исследования личности: руководство по репертуарным личностным методикам. М.: Прогресс, 1987.
12. Похилько В.И., Федотова Е.О. Техника репертуарных решеток в экспериментальной психологии личности. Вопр. психол. 1984; 3.



В начало
/media/bechter/05_02/12.shtml :: Wednesday, 06-Jul-2005 22:36:49 MSD
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster