| Том 02/N 2/2005 |
ВЗГЛЯД ПСИХИАТРА И ПСИХОЛОГА НА ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ |
М.Я. Басов и В.Н. Мясищев: общность судеб, близость идей
Е.В. Левченко
Пермский государственный университет
М.Я. Басов (1892–1931) и В.Н. Мясищев
(1893–1973) –яркие представители санкт-петербургской-петроградской-ленинградской
психологической школы. Они жили и работали
в едином пространстве–времени: даты их
рождения различаются лишь на один год. Этот
же короткий отрезок времени разделяет и
приход каждого из них в
Психоневрологический институт: М.Я. Басова
– на естественно-историческое отделение
педагогического факультета, В.Н. Мясищева –
на медицинский факультет. Увлечение
психологией определило их встречу и
общность судеб: М.Я. Басов выбрал
специализацию по психологии, В.Н. Мясищев
начал работу в просеминарии известного
психолога А.Ф. Лазурского, который
руководил и исследовательской работой М.Я.
Басова. Один год разделяет даты выхода в
свет первых публикаций увлеченно
работавших студентов.
Их научные интересы в годы
студенчества связаны с различными
составляющими концепции учителя: для М.Я.
Басова – с общепсихологической линией
исследований, для его младшего соученика –
с индивидуально-психологической. В
студенческие годы М.Я. Басов занимался
исследованием двигательно-волевых
процессов и психического темпа в русле
поставленной А.Ф. Лазурским проблемы
психической активности [1]. В.Н. Мясищев
отдал предпочтение научно-характерологическому
анализу, материалом для которого
первоначально выступают литературные типы
[2].
Успешному началу научных
исследований одаренных студентов
Психоневрологического института помешали
Первая мировая и Гражданская войны. М.Я.
Басов вернулся в Петроград в 1920 г. Первая
после возвращения публикация молодого
ученого содержала описание незавершенного
проекта новой психологии, разработанного А.Ф.
Лазурским, скоропостижно скончавшимся в 1917
г. [3]. По возвращении М.Я. Басов занимает
место лаборанта лаборатории
экспериментальной педагогики в Институте
по изучению мозга и психической
деятельности. В.Н. Мясищев в автобиографии,
хранящейся в архиве Психоневрологического
института им. В.М. Бехтерева, о том же
периоде сообщает: “Начал работать с 1914 по
1916 г. в психиатрической больнице
Петроградского губернского земства (после
больница им. Кащенко), работал м/братом, с 1917
по 1919 г. – зав. врачебно-наблюдательным
пунктом в с. Кобонс… С 1919 г. работал в
качестве ординатора кафедры психиатрии в
Гос. Институте Мед. знаний и ординатором
воспитат. клинич. Института для
нервнобольных детей. С 1921 г. перешел на
работу в Психиатрический Институт, ныне
Психо-Неврологический Институт им. В.М.
Бехтерева… С 1921 г. до войны работал в Гос.
Институте по изучению мозга в качестве
научного сотрудника, а затем
действительного члена (профессора),
заведующего отделом экспериментальной
невропсихиатрии”. В 1927 г. в созданном В.М.
Бехтеревым Институте по изучению мозга и
психической деятельности В.Н. Мясищев
возглавляет отдел рефлексологии,
включавший в себя лаборатории общей,
индивидуальной, возрастной и коллективной
рефлексологии.
Оба исследователя параллельно
работают и в других исследовательских
учреждениях, где нередко тесно
взаимодействуют. По данным листка сведений
о выполняемой работе, заполненного рукой В.Н.
Мясищева и хранящегося в архиве
Психоневрологического института им. В.М.
Бехтерева, в 1921 г. в Институте социального
воспитания ученый начал работать как
преподаватель психологии, затем занял
должность профессора. Впоследствии это
учебное заведение слилось с основанным в 1925
г. Государственным педагогическим
институтом им. А.И. Герцена, где в течение
десяти лет, начиная с 1929 г., В.Н. Мясищев
состоял профессором кафедры психологии. В
1921 г. он приступил к работе в
Государственном институте медицинских
знаний НКЗ РСФСР, где с 1928 по 1929 г. был
профессором и заведующим кафедрой
рефлексологии.
М.Я. Басов в 1922 г. – профессор
Технико-педагогического института,
помощник директора и заведующий
психологическим отделом Педологического
института Государственной
Психоневрологической Академии, в 1923–1925 гг.
– доцент и заведующий кабинетом по
экспериментальной психологии в
государственном университете; он работает
также в Институте внешкольного образования,
Областной совпартшколе им. К. Цеткин,
Институте ритма. В 1924 г. ученый возглавляет
научную комиссию Государственного
института научной педагогики и
психологического отдела Педологического
института, в состав которой входит наряду с
Е.В. Зейлигер-Рубинштейн, Е.Д. Герке, В.С.
Мерлиным, Р.С. Абельской, М.А. Ганелиной-Левиной,
О.В. Неопихановой, М.Ф Хряковой и прежде
работавшими с А.Ф. Лазурским А.И. Неклюдовой
и Л.Н. Философовой также и В.Н. Мясищев. В 1929 г.
при психологическом отделе создается
Педолого-психологическая станция, в
которой В.Н. Мясищев заведует лабораторией
характерологии (в послужном списке В.Н.
Мясищева этот факт не отмечен; по-видимому,
упоминание о педологии было более
нежелательным, чем ссылка на рефлексологию).
В 1924 г. был организован
Государственный институт научной
педагогики (ГИНП), в котором М.Я. Басов
становится действительным членом, членом
правления, ученым секретарем и заведующим
отделом психологии. В Государственном
педагогическом институте им. А.И. Герцена М.Я.
Басов является основателем и руководителем
педологического отделения, заведующим
кафедрой педологии [4–8]. В 1928 г. ученый
завершает фундаментальный обобщающий труд
– “Общие основы педологии”. Спустя три
года он подготовил второе, исправленное и
дополненное издание этой работы и попал под
огонь идеологически обусловленной критики,
в огне которой он и сгорел (заболел и
скоропостижно скончался) [4]. В.Н. Мясищев
работал в науке еще сорок два года, более
двадцати лет был директором
Психоневрологического института [9].
Оба ученика А.Ф. Лазурского
унаследовали мечту учителя о создании
концепции уровня новой психологии и на
протяжении всей своей жизни в науке упорно
стремились к этой цели. Путь М.Я. Басова
можно охарактеризовать словами В.Н.
Мясищева – как “быстрое и неуклонное
восхождение” [7], начавшееся с искреннего и
глубокого увлечения личностью и новейшими
взглядами А.Ф. Лазурского. Для В.Н. Мясищева
это скорее постепенный, неспешный, ровный
подъем, начавшийся с проработки ранних идей
учителя. Подобным же образом различаются и
проявления в науке темпераментов этих
учеников А.Ф. Лазурского: М.Я. Басов и
восхваляет, и критикует неистово, со
страстью, В.Н. Мясищев спокоен, сдержан (и
даже скрытен), рационален.
Эти черты нашли отражение и в их
научном творчестве. В истории становления
концепции М.Я. Басова после 1922 г. наблюдаем
бурное, стремительное развертывание
панорамной системы взглядов, что
напоминает картину внезапного роста
невиданного экзотического растения,
неожиданно и ярко расцветшего. Для эволюции
взглядов В.Н. Мясищева характерно неспешное,
тщательное, постепенное и постоянное
обдумывание раз возникшего исходного
замысла, постоянное обращение к нему,
обогащение его привходящими идеями, что
похоже на выращивание в раковине жемчужины
из песчинки. Подобным образом различаются и
стратегии предъявления новых идей научному
сообществу. У М.Я. Басова интервал между
возникновением замысла и опубликованием
его обоснования и развертки обычно
небольшой, причем апробация в серии устных
сообщений, по-видимому, не являлась
необходимостью. Публикуемые труды, как
правило, объемны. Для В.Н. Мясищева
характерно постепенное, осторожное
проговаривание возникшего замысла, и лишь
затем – его оформление в соответствии с
полученной обратной связью в лаконичный
текст, в котором уже содержится реакция на
наиболее типичные контраргументы. У М.Я.
Басова обнаруживаем кардинальное
изменение первоначальных взглядов на почти
противоположные в 1922 г. В.Н. Мясищев не
склонен к резкому отказу от первоначально
сложившихся взглядов, но в зависимости от
веяний времени меняет их внешний вид, рядит
их в разнообразные одежды, не поступаясь
вместе с тем их сущностью.
Интересным и практически
неисследованным является вопрос о
соотношении концепций этих двух учеников А.Ф.
Лазурского, испытавших также влияние
личности и взглядов В.М.Бехтерева, рядом с
которым им пришлось работать после смерти
их первого учителя. При этом под авторской
концепцией мы понимаем систему взглядов
ученого, развиваемую им на протяжении всей
его жизни и воплощаемую во всех авторских
текстах, взятых вместе. Это воплощение
может быть неполным: авторский образ
концепции может существенно отличаться от
канонического (представленного в
публикациях автора).
Реконструировать взаимное
влияние авторских систем взглядов можно,
исследуя их поэтапное становление. Точками
декомпозиции концепции могут являться даты
публикации наиболее существенных
результатов, полученных в процессе ее
развертывания, а также смена понятийного
аппарата концепции, нашедшая отражение в
названиях работ [10]. Особую трудность
представляет вербальное обозначение
выделенных в результате декомпозиции
этапов становления концепции. Для этого
целесообразно использовать терминологию
автора концепции, специфичную для
рассматриваемого этапа, в наибольшей
степени отражающую, с одной стороны,
авторскую волю (намерение), с другой –
сущность концепции, какой ее видел сам
автор на данном этапе.
В истории системы взглядов М.Я.
Басова выбраны следующие точки
декомпозиции: 1913 г. – появление в печати
первых результатов экспериментального
исследования; 1922 г. – издание монографии “Воля
как предмет функциональной психологии”; 1926
г. – выход в свет второго издания “Методики
психологических наблюдений над детьми”; 1928
г. – опубликование первого издания “Общих
основ педологии”. Таким образом, в
становлении концепции М.Я. Басова может
быть выделено четыре периода: 1-й – 1913–1922 гг.
– период функционально-феноменалистической
психологии; 2-й – 1922–1926 гг. – период
перехода к исследованию форм активности в
отношениях с окружающей средой; 3-й – 1926–1928
гг. – период сосредоточения на изучении “среднего
термина” – деятельности – в системе “организм–среда”;
4-й – 1928–1931 гг. – период исследования
системы “организм–среда” и отношений
между тремя ее подсистемами – организмом,
средой, деятельностью – в развитии.
В качестве точек деления
концепции В.Н. Мясищева на части были
использованы следующие даты: 1914 г. – выход в
свет первой публикации [2]; 1924 г. –
употребление в названии доклада на II
Всероссийском психоневрологическом съезде
понятия “рефлексология”; 1930 г. – появление
работ, в названиях и содержании которых
полностью отсутствует рефлексологическая
терминология; 1948 г. – выход в свет статьи,
посвященной специальному анализу проблемы
отношений [11], первое появление в названии
одной из работ термина “психология
отношений” [12]; 1960 г. – выход в свет
обобщающих работ по психологии отношений
[13, 14], после чего в течение шести лет понятие
“отношение” в названия работ не выносится.
Таким образом, история становления
концепции Мясищева включает пять периодов:
1-й – 1914–1924 гг. – период ориентации на
познание сложных психических образований;
2-й – 1924–1930 гг. – рефлексологический период;
3-й – 1930–1948 гг. – период интегральной
психологии; 4-й – 1948–1960 гг. – период
психологии отношений человека; 5-й – 1960–1973
гг. – период психологии личности и ее
отношений.
Темпы развертывания двух
концепций различны: к началу 30-х годов
грандиозная система взглядов М.Я. Басова
уже сложилась и предъявлена научному
сообществу, в то время как В.Н. Мясищев лишь
приступает к очерчиванию, экстериоризации
своего замысла. Вместе с тем содержание
исследовательской деятельности В.Н.
Мясищева в период интегральной психологии
дает основание для заключения о том, что
исходное понимание отношения как ключевого
для его системы взглядов понятия, основные
направления его дальнейшей разработки,
пути решения поставленных вопросов
сформировались к середине 30-х годов. О
значении этого периода научного творчества
ученого свидетельствует тот факт, что после
этапа психологии отношений человека, в
заключительном периоде научного
творчества, В.Н. Мясищев вернулся к
некоторым положениям, выдвинутым в 30-е годы.
Логика, последовательность
этапов становления концепций М.Я. Басова и В.Н.
Мясищева, их вызревания имеют общие черты.
Начальный этап становления обеих концепций
состоит в обсуждении концепции эндо- и
экзопсихики А.Ф. Лазурского, в ее
примеривании каждым из двух учеников на
свой лад к первоначальному интуитивному
замыслу своего варианта новой психологии.
На втором этапе начинает использоваться
арсенал идей В.М. Бехтерева, оцениваются
достоинства и недостатки его позиции и
взглядов, предлагаемого им языка описания
психических явлений; вместе с тем все более
отчетливо прорисовываются контуры
собственной концепции, о которой авторы еще
не решаются говорить во весь голос. Далее
следует этап, когда основной замысел
концепции уровня новой психологии
выносится на суд научного сообщества и
впоследствии, на завершающих этапах
разработки концепции уже более не
подвергается кардинальной переработке, а
лишь развивается, уточняется, проясняется,
дополняется, насыщается деталями, при
возникновении внешней угрозы (идеологического
давления с целью заставить ученого
отказаться от существенных моментов его
системы взглядов) камуфлируется.
Концепции М.Я. Басова и В.Н.
Мясищева могут быть рассмотрены как
варианты разработки идеи отношения,
разновидности психологии отношений, однако
в ее воплощении каждым из ученых имеются
различия. Сопоставим изменения в их
содержании на каждом этапе становления
двух систем взглядов.
Первый этап. М.Я. Басов начал с
того, к чему пришел в конце творческого пути
А.Ф. Лазурский, – с интроспективной
исследовательской позиции и изучения
отношений внутри психики (между функциями,
между психическим процессом и его
содержанием). Следуя А.Ф. Лазурскому в цели
создания новой психологии, М.Я. Басов не
принимает его исходного представления о
психике, в котором образованное функциями
ядро оторвано от оболочечного экзослоя;
вслед за С.Л. Франком он настаивает на
единстве, изначальной целостности
психического, на синтезе подходов
функциональной (как у А.Ф. Лазурского) и
феноменалистической психологий.
История новой психологии В.Н.
Мясищева начинается с анализа идей “Программы
исследования личности в ее отношениях к
среде” А.Ф. Лазурского и С.Л. Франка [15]. В
отличие от своего учителя В.Н. Мясищев с
первых самостоятельных шагов в психологии
делает акцент не на эндо-, а на экзопсихике (мире
отношений субъекта), рассматривает функции
и отношения не как части или слои
психического, а как планы его рассмотрения,
полностью подчиняя функциональный (процессуальный)
план потенциальному (плану содержательных
отношений).
Второй этап. На развитие системы
взглядов обоих ученых оказывает влияние
положенный В.М. Бехтеревым в основание
своей концепции методологический принцип
отношения организма к среде. Логика
разработки этого принципа приводит М.Я.
Басова к трактовке отношения как субъектно-объектной
связи, а на следующем шаге анализа – как
деятельности. До М.Я. Басова подобная логика
была использована в психологических
концепциях Н.Я. Грота и В.М. Бехтерева.
М.Я. Басов переходит от
функционально-феноменалистической
психологии к изучению системы “организм–среда”
с позиции стороннего наблюдателя. Во втором
варианте новой психологии М.Я. Басова место
эндоядра (функций) занимают формы
активности и регулирующие их внутренние
механизмы; место экзопроявлений – процессы
поведения (деятельности); те и другие вместе
взятые образуют как бы единый продольный
разрез психического, захватывающий и ядро
его, и внешние проявления. Поворот
эндоплоскости в субъектно-объектном
направлении, ее объединение с
экзоплоскостью делает для М.Я. Басова
возможным перенос некоторых идей,
высказанных А.Ф. Лазурским при изучении
взаимной связи функций, на структурный
анализ процессов поведения (идей
целостности, взаимной связи, ассоциации и
апперцепции как ее механизмов).
У В.Н. Мясищева и в
рефлексологическом периоде творчества
сохраняется интерес к исследованию
внутреннего, феноменального; исследователь
пытается использовать язык, методологию,
методики рефлексологии для изучения
психического. Вопреки рефлексологическим
постулатам он говорит о психическом как
синтезе реакций, вводит затем принцип
целостности субъекта.
Третий этап. Начав с анализа
субъектной стороны отношения к среде и
среднего термина – деятельности, М.Я. Басов
затем включает в него и объектную сторону –
среду. Он приступает к разработке
методологии психологического исследования
среды, трактуемой как источник
закономерности психологического развития.
Каждую из трех подсистем системы “организм–среда”
исследователь рассматривает как имеющую
определенную конституцию, организацию и
исходит из этого при изучении их сложных
взаимосвязей.
В.Н. Мясищев предлагает свой
проект новой психологии под первоначальным
названием интегральной психологии,
противопоставленной традиционной
атомистической. В ней понятием наиболее
высокого уровня обобщенности оказывается
отношение: через это понятие определены
другие существенные для концепции понятия.
Личность рассмотрена как система отношений;
ее развитие в норме и патологии показано в
связи с тем, каковы ее отношения к
действительности. Как способ отношения
личности к действительности определен
характер. В 1935 г. В.Н. Мясищев пишет: “Система
интегральной психологии человека должна
быть построена на основе понятия
сознательной личности и ее отношений к ее
действительности. Сознательная личность,
общественный индивид представляет прежде
всего сложную динамическую систему
отношений, обусловленную всей историей
общественного развития человека” [16, с. 168].
В.Н. Мясищев ставит проблему
психологии отношений, уделяет значительное
внимание содержательному наполнению ее
основного понятия: он рассматривает формы
отношения, включая в их число интересы,
социальные установки, взгляды, убеждения,
вкусы, мотивы; выделяет характеристики
отношений: избирательность, степень
устойчивости, структуру, направленность;
описывает развитие отношений в онтогенезе
как смену их аффективной регуляции
сознательной; изучает конкретные виды
отношений: отношение к эксперименту,
отношение к работе, отношение больного к
болезни.
Заключительные этапы. М.Я. Басов
переходит от отображения системы “организм–среда”
в статике к описанию ее динамики, работает
над созданием методологии и языка описания
ее развития.
В.Н. Мясищев представляет свою
концепцию научному сообществу как
психологию отношений человека. Характерной
для этого периода творчества является
наметившаяся в предыдущем периоде и затем
возросшая многозначность понятия “отношение”,
которое имеет в концепции по крайней мере
пять авторских смыслов. Отношение
рассматривается: 1) как связь субъекта и
объекта, т. е. в соответствии с принципом
отношения организма к среде; 2) как
интегральная “позиция” субъекта; 3) как
предмет психологии, поскольку психическое
определено как система отношений; 4) как
одна из категорий психологии, наряду с
процессами, состояниями, свойствами
личности; 5) как обозначающее конкретную
проблематику или специальный раздел
психологии, включающий изучение целей,
стремлений, тенденций, интересов, оценок,
идеалов, потребностей, убеждений.
Впоследствии В.Н. Мясищев
сокращает количество выделенных смыслов до
двух – первого и последнего из
приведенного перечня, но реально работает
также над описанием отношения как
психического образования. Он подчиняет
отношение личности и работает с
методологическими основаниями системы
психологических понятий, по-прежнему
стремясь найти способы ее развития в
направлении, допускающем включение в нее не
только относительно простых, но и сложных,
интегральных понятий психологии.
Сопоставим значение сделанного
каждым из двух учеников А.Ф. Лазурского для
последующего развития идеи отношения в
отечественной психологии. Вклад М.Я. Басова
состоит в реализации принципиально новой
стратегии создания психологической
концепции. Наиболее существенными чертами
этой стратегии являются: 1) кардинальное
изменение взгляда на предмет психологии,
состоящее во включении в него не только
субъектной стороны отношения к среде, но и
системы “организм (человек)–среда” в
целом; 2) разработка методологии
психологического исследования этой
системы и ее составляющих: форм активности,
механизмов регуляции, деятельности,
выделяемой из действительности среды; 3)
постановка проблемы активности среды,
способной подчинить себе субъекта и его
деятельность, и изучение пределов такого
подчинения. Таким образом, М.Я. Басов
соотносил идею отношения с такой
психической реальностью, как деятельность,
и разработал методологию анализа
актуального плана психического,
развертывающегося в среду, зондирующего ее
и ее оформляющего.
В.Н. Мясищев работал с
потенциальным планом психического. Он
соотносил с идеей отношения такую
психическую реальность, как личность и
человек. Заслугами В.Н. Мясищева в
разработке идеи отношения в психологии
являются: 1) отчетливая постановка проблемы
отношений; 2) методологическая рефлексия,
анализ и определение понятия “отношение”;
3) указание на многозначность этого понятия;
4) выделение диапазона потенциальных
смыслов этого понятия; 5) показ возможностей
развития каждого из них в психологической
концепции; 6) систематизация, обобщение
признаков отношения; 7) описание развития
отношений в онтогенезе; 8) выделение видов
отношений или сторон единого предметного
отношения; 9) эмпирическое изучение
конкретных видов отношений.
Главный вклад В.Н. Мясищева в
развитие психологической науки состоит в
создании концепции уровня новой психологии
с понятием “отношение” в основании. В его
системе взглядов в отличие от концепции М.М.
Троицкого это понятие не является лишь
средством организации, упорядочения
психологического знания, но сохраняет
психологическую содержательность, связь с
фактами психической жизни, определяя
возможность постановки цели исследования
психического в целом как отношения.
Разрабатывая свою концепцию, В.Н.
Мясищев стремится к интеграции различных
воплощений идеи отношения. Главной для него
является идея субъектно-объектной связи.
Пытаясь объединить ее с идеей активности,
исследователь подчеркивает, что эта связь
– активная, избирательная. Мясищев
выделяет специальный раздел психологии, в
котором изучаются (должны изучаться) цели,
стремления, тенденции, интересы, оценки,
идеалы, потребности, убеждения. В.Н. Мясищев
много работает над воплощением в концепции
идеи целостности. Таким образом, его
концепция содержит наиболее полное (по
сравнению с предшественниками) воплощение
трех основных значений идеи отношения и
наиболее продвинутую попытку их интеграции
– в понятии потенциального психического
образования: оно – и связь, и активно, и
целостно.
На становление концепции В.Н.
Мясищева повлияла совместная работа с М.Я.
Басовым, что проявилось в общности языка и
идей двух исследователей в их работах 30-х
годов. Но М.Я. Басов работал в субъектно-объектной
плоскости анализа психического, исследуя
актуальный план, актуальное взаимодействие
организма со средой и его следствие –
деятельность как процесс. В.Н. Мясищев в той
же плоскости рассматривал потенциальный
план, описывая его главным образом в
понятиях личности и отношения. Он включил
деятельность в определение предмета
психологии, но подчинил процессуальный
план потенциальному, говоря об изучении
личности в ее сознательной деятельности.
|
/media/bechter/05_02/26.shtml :: Wednesday, 06-Jul-2005 22:36:51 MSD
