Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

CONSILIUM-MEDICUM  
Том 08/N 5/2006 АРТЕРИАЛЬНАЯ ГИПЕРТОНИЯ

Больной артериальной гипертонией, не приверженный лечению


В.В.Фомин, С.В.Моисеев, Е.А.Сагинова

Клиника нефрологии, внутренних и профессиональных болезней им. Е.М.Тареева (дир. – акад. РАМН Н.А.Мухин) ММА им. И.М.Сеченова

Необходимость достижения контроля артериального давления (АД), подразумевающего поддержание его уровня на целевых значениях в течение всего периода между очередными приемами антигипертензивного препарата у всех пациентов, страдающих эссенциальной артериальной гипертонией (АГ), не вызывает сомнения. Обоснованность этой стратегии антигипертензивной терапии определяется прежде всего значительным снижением риска сердечно-сосудистых осложнений в той ситуации, когда уровень АД постоянно не превышает верхний предел целевого (<140/90 мм рт. ст. для всех больных АГ) [1].
   Несмотря на значительное число доступных антигипертензивных препаратов, эффективность которых, в том числе и с прогностической точки зрения, продемонстрирована в масштабных контролируемых исследованиях, контроль АД у больных эссенциальной АГ удается констатировать далеко не всегда: в популяционном регистре NHANES II (1976–1980 гг.) число таких пациентов не превышало 10%, в NHANES III (1991–1994 гг.) – cоставило лишь 27,4% [2]. Исходя из данных анализа регистра NHANES III, ситуация существенно не улучшилась и в последние годы: получают антигипертензивную терапию 58,4% пациентов с эссенциальной АГ, но контроль АД отмечается только у 31%. Актуальность проблемы недостаточно эффективного лечения эссенциальной АГ, означающая, что у значительной части этих больных вероятность поражения органов-мишеней и осложнений, многие из которых могут оказаться фатальными, остается очень высокой, определяется и тем обстоятельством, что распространенность этого заболевания в общей популяции продолжает неуклонно расти [3].
   Проведенное K.Wolf-Maier и соавт. (2004 г.) сопоставление частот снижения АД в различных странах до величин, обозначенных в качестве целевых в рекомендациях последнего пересмотра, свидетельствует о том, что этот показатель, составляя 29% в США, снижается до 17% у жителей Канады и не превышает 10% в странах Западной Европы [4]. Так, в Португалии, где эссенциальную АГ выявляют более чем у 40% взрослого населения, только 46,1% из страдающих этим заболеванием знают о его наличии, 39% получают постоянную антигипертензивную терапию, и лишь у 10% она приводит к контролю АД [5]. В популяции пожилых больных эссенциальной АГ, проживающих в трех крупных городах Франции, АД превосходит 140/90 мм рт. ст. у 69% из тех, кто постоянно принимает антигипертензивные препараты [6]. В целом, число пациентов, у которых контроль АД все же достигается, в последнее десятилетие увеличилось [7], хотя у подавляющего большинства лиц с эссенциальной АГ эффективность антигипертензивной терапии далека от идеальной.
   Упорство АГ, сохраняющееся, несмотря на активное лечение, принято связывать со своевременно нераспознанными, так называемыми вторичными ее вариантами, а также другими причинами (прием нестероидных противовоспалительных препаратов – НПВП, употребление наркотиков), лежащими в основе феномена резистентности АГ и заключающимися в отсутствии снижения АД при применении комбинации из трех антигипертензивных препаратов, включающей диуретик, и немедикаментозных методов [1]. Тем не менее низкое качество антигипертензивной терапии нередко бывает связано не с тем, что АГ является истинно резистентной, а с не вполне адекватными действиями врача. С.Cuspidi и соавт. (2002 г.), проанализировав действия врачей общей практики в отношении пациентов, впервые обратившихся амбулаторно по поводу стойкого повышения АД, указывают, что уже на первом этапе обследование их нередко оказывается неполным. Так, только 60% больных проводят полное физическое обследование, ЭКГ выполняют лишь 54%. Еще реже оценивают наличие ассоциированных факторов риска (сывороточный уровень общего холестерина был исследован только у 53%, гликемия – у 49%) и специально ищут признаки вовлечения органов-мишеней эссенциальной АГ (креатининемия была определена у 49%, общий анализ мочи был выполнен у 46%, скрининг-тест на микроальбуминурию – только 3%, а эхокардиография – у 18% пациентов) [8].
   Тактика антигипертензивной терапии, проводимой врачами, также нередко отличается от общепринятой: так, в США 47,7% назначений антигипертензивных препаратов не соответствует рекомендациям JNC [9]. Интересно, что среди детерминант неконтролируемой АГ в общей популяции среди наиболее значимых, наряду с сахарным диабетом типа 2 и пожилым возрастом пациента, оказался и пожилой возраст врача, по-видимому, способствующий тому, что при назначении антигипертензивных препаратов он в большей степени ориентируется на собственный опыт и его представления нередко практически не совпадают с современными, отраженными в соответствующих рекомендациях экспертов [10].
   Значительная частота эссенциальной АГ в российской популяции, к сожалению, дополняется очень низким качеством лечения этих больных. Так, в крупных региональных центрах число пациентов с достигнутым контролем АД не превышает 1,5% [11]. Среди причин низкой эффективности антигипертензивной терапии на первом месте – неправильный выбор антигипертензивного препарата, основанный зачастую в большей степени не на объективных особенностях пациента, учтенных в соответствующих разделах рекомендаций экспертов, а на преувеличении риска отдельных нежелательных эффектов и переоценке значения стоимости препарата [12]. Известно, что по частоте назначения в Российской Федерации по-прежнему уверенно лидируют средства типа клонидина, адельфана или кристепина, применение которых с точки зрения положительного влияния на прогноз больного АГ не обосновано, в то же время препараты, эффективность которых многократно подтверждена (ингибиторы АПФ, длительно действующие антагонисты кальция и особенно тиазидовые диуретики) применяют недопустимо редко [13].
   Наряду с тактическими просчетами антигипертензивной терапии недостаточное снижение АД, которое может стать основанием для формирования впечатлений о резистентной АГ, нередко бывает обусловлено недостаточной приверженностью пациента лечению. J.Garg и соавт. (2005 г.) констатировали отсутствие приверженности лечению как причину 16% случаев АГ, расцененной как резистентная [14]. Проанализировав базу данных 16 783 больных эссенциальной АГ, L.Degli Esposti и соавт. (2002 г.) установили, что в течение первого года антигипертензивной терапии 64,9% прекратили принимать назначенные препараты, 8,2% самостоятельно изменили лечение и только 26,9% строго соблюдали рекомендации врачей [15]. Даже в специальных контролируемых исследованиях, проводимых с целью уточнения эффективности и безопасности антигипертензивных препаратов, участие в которых подразумевает обязательную процедуру получения информированного согласия, а наблюдение за включенными больными является очень строгим, 9–37% из них оказываются не приверженными лечению [16].
   Приверженность антигипертензивной терапии далеко не всегда удается достоверно оценить. Предложен ряд специальных опросников, валидность которых окончательно не установлена, а адаптация их для российской популяции больных эссенциальной АГ по понятным причинам может быть сопряжена с значительными трудностями. Известно, что у больных, приверженных лечению, величины систолического и диастолического АД оказываются достоверно ниже, чем у тех, кто не полностью придерживается указаний врача или не следует им вообще. В качестве косвенного маркера недостаточной приверженности предписанному режиму терапии рассматривают и ситуацию, когда больной АГ продолжает курить. Данные некоторых исследований свидетельствуют о том, что женщины значительно строже соблюдают рекомендации врача, чем мужчины, а группа больных со сниженной приверженностью лечению состоит преимущественно из молодых, у которых подъем АД не сопровождается неприятными ощущениями, и в связи с этим их сложнее убедить в том, что высокие значения его представляют для них серьезную опасность [17].
   Несмотря на то что лица молодого возраста могут оказаться наименее дисциплинированными с точки зрения соблюдения врачебных предписаний, одной из самых трудных с точки зрения достижения приверженности антигипертензивной терапии является группа пожилых больных эссенциальной АГ. Вероятность самостоятельной отмены препаратов или существенного изменения режима терапии, приводящего к снижению или утрате ее эффективности у них не менее чем в 2 раза выше, чем в группе лиц в возрасте моложе 60 лет. Приверженность лечению минимальна у пожилых, проживающих в одиночестве [18]. Cреди причин снижения приверженности антигипертензивной терапии у пожилых больных называют когнитивные расстройства, а также плохую переносимость лечения, в том числе нередко отмечаемые ими усугубление нарушений памяти, явления ортостатизма при избыточном и/или очень резком снижении АД. Тем не менее у всех пожилых пациентов, страдающих эссенциальной АГ, необходимо настойчиво стремиться к нормализации АД, хотя добиваться его, очевидно, следует постепенно, медленно подбирая дозу препаратов с целью предупреждения опасных эпизодов артериальной гипотонии. Несмотря на многократно продемонстрированную пользу от активной антигипертензивной терапии, свойственная преимущественно пожилым изолированная систолическая АГ составляет до 75% всех случаев неконтролируемой АГ [19].
   Показано, что больные эссенциальной АГ, уже страдающие ее осложнениями (ишемическая болезнь сердца и/или хроническая сердечная недостаточность), к моменту начала антигипертензивной терапии, как правило, оказываются более приверженными ей [20]. Чаще отказываются от лечения больные, которым назначены короткодействующие препараты, которые они вынуждены принимать очень часто, или очень большое число лекарств одновременно [16, 21]. Наиболее удобными для пациента являются пролонгированные препараты, рассчитанные на однократный прием [22]. Сам по себе перевод пациента с двукратного на однократный прием антигипертензивных препаратов позволяет увеличить приверженность лечению не менее чем на 10% [23]. Очевидна обоснованность фиксированных комбинаций представителей различных групп антигипертензивных препаратов, тем более что подавляющее большинство больных с систолическим АД, равным или превышающим 160 мм рт. ст., с самого начала нуждаются в комбинированной антигипертензивной терапии [24]. Обладая более демонстративной cпособностью снижать повышенное АД, фиксированные комбинации антигипертензивных препаратов, как правило, значительно лучше переносятся больными [25].
   Приверженность антигипертензивной терапии в значительной степени зависит от того, насколько пациент адекватно информирован о ее цели, тем более что многие больные вынуждены начинать принимать соответствующие препараты еще при отсутствии каких-либо жалоб. Активное нежелание получать представления о своем заболевании и рисках, с ним связанных, – причина отказа от использования антигипертензивных препаратов у 31% больных, еще 24,7% оказываются не в состоянии изменить образ жизни [26]. Cпособность адекватно оценить опасности, сопряженные с нелеченой АГ, определяет то обстоятельство, что приверженность антигипертензивной терапии максимальна у лиц с высшим образованием [27].
   Анализ данных, получаемых в ходе контролируемых клинических исследований, свидетельствует о том, что результативность антигипертензивной терапии может иметь определенные географические различия [28]. В основе их по крайней мере частично лежит и то обстоятельство, что приверженность лечению может варьировать в зависимости от расы пациентов. В наименьшей степени придерживаются предписанного лечения афро-американцы и латиноамериканцы, эта закономерность сохраняет значение и в старших возрастных группах [29], а также при наличии сопутствующего сахарного диабета [30]. D. Lau и соавт. (2005 г.), обследовав взрослых представителей китайской общины Сан-Франциско, выявили артериальную гипертонию у 69% из них, при этом только 41% постоянно принимали антигипертензивные препараты, а контроль АД был достигнут лишь у 14%. Наряду с недостаточной приверженностью медикаментозному лечению почти половина больных не придерживались низкосолевой диеты и не прибегали к регулярным физическим нагрузкам [31].
   Очевидно, что ключевой причиной снижения приверженности лечению эссенциальной АГ являются нежелательные явления, провоцируемые антигипертензивными препаратами. Следует подчеркнуть, что антигипертензивная терапии далеко не всегда сопровождается улучшением качества жизни, а у 1/3 больных приводит к появлению новых жалоб, среди которых наиболее часто встречаются головокружение (9%), отек лодыжек (7%), головная боль (5%) и слабость (4%) [32]. Понятно, что некоторые из них (головокружение, особенно в ортостазе) представляют производное резкого снижения АД, другие – относительно специфичны для определенного класса антигипертензивных препаратов: так, периферические отеки в наибольшей степени свойственны дигидропиридиновым антагонистам кальция [33], слабость, отражающая тенденцию к снижению сывороточного уровня калия – тиазидовым диуретикам [34]. Следует подчеркнуть, что в отличие от названных выше нежелательные явления, действительно угрожающие жизни больных, например гиперкалиемия, индуцированная ингибиторами АПФ или блокаторами рецепторов ангиотензина II, или обусловленные b-адреноблокаторами нарушения внутрисердечной проводимости, могут не стать объектом жалоб. В связи с этим своевременное их выявление требует специального периодического мониторинга соответствующих клинических и лабораторных параметров.
   Среди нежелательных явлений, существенно снижающих приверженность антигипертензивной терапии, особое значение имеет эректильная дисфункция, частота которой у больных эссенциальной АГ может достигать 68,3%, у 45,2% из них будучи очень выраженной [35]. Наиболее опасными с точки зрения провокации эректильной дисфункции считают тиазидовые диуретики и, в несколько меньшей степени, b-адреноблокаторы [36]. Вместе с тем отмена этих препаратов не всегда бывает обоснованной, более оправданным представляется воздействие на другие, более мощные детерминанты эректильной дисфункции, из которых у пациентов с АГ наибольшее значение имеют сахарный диабет типа 2 [37] и курение [38]. Устранению нарушений эректильной функции у больных АГ способствуют и ингибиторы 5-фосфодиэстеразы, хотя сочетание их с антигипертензивными препаратами требует известной осторожности [39].
   Идеального по переносимости антигипертензивного препарата в настоящее время, по-видимому, не существует. Вместе с тем, исходя из результатов анализа базы данных Veteran's Affairs (VA) Healthcare System, приверженность лечению наиболее велика при использовании блокаторов рецепторов ангиотензина II, антагонистов кальция и ингибиторов АПФ [40]. Самым частым нежелательным явлением, свойственным последним и нередко обусловливающим самостоятельное прекращение их приема, является сухой кашель [41]. Механизм развития сухого кашля объясняют сродством ингибиторов АПФ к нейтральной эндопептидазе – ферменту, разрушающему брадикинин. У больных, постоянно получающих ингибиторы АПФ, длительная блокада нейтральной эндопептидазы приводит к накоплению брадикинина, провоцирующего эпизоды сухого кашля [42].
   Развитие индуцированного ингибиторами АПФ сухого кашля практически непредсказуемо; вместе с тем имеются указания на то, что вероятность его появления у женщин почти в 2 раза выше, чем у мужчин [43]. Идентифицированы и некоторые маркеры генетической предрасположенности к развитию кашля в ответ на назначение ингибиторов АПФ: риск его выше у носителей Т-аллеля в гене рецепторов к брадикинину типа В2 (58Т/С-полиморфизм), особенно у гомозигот (ТТ-генотип) [44].
   По данным крупных контролируемых исследований, распространенность сухого кашля у больных, получающих ингибиторы АПФ, составляет не менее 5% [45, 46]. Способов устранения его, эффективность которых была бы убедительно обоснована, не существует; среди возможных называют назначение антигистаминных, десенсибилизирующих средств, метилксантинов [47], а также аспирина в суточной дозе 500 мг [48], хотя последнее представляется не вполне оправданным с учетом риска нежелательного взаимодействия этого препарата с ингибиторами АПФ. Наименьшим сродством к нейтральной эндопептидазе обладает фозиноприл, в связи с этим его применение ассоциировано с достоверно меньшей по сравнению с другими ингибиторами АПФ частотой кашля [49]. Таким образом, при развитии сухого кашля в качестве первоочередной меры можно рекомендовать замену любого ингибитора АПФ фозиноприлом, тем более что этот препарат продемонстрировал высокую эффективность и хорошую переносимость в лечении как неосложненной артериальной гипертонии, так и в особых ситуациях, сочетающихся с ней, например при атеросклеротическом поражении сонных артерий (исследование PHYLLIS) [50] и микроальбуминурии (исследование PREVENDIT) [51]. Если сухой кашель сохраняется и при приеме фозиноприла, следует заменять его антагонистами рецепторов ангиотензина II, преимущества которых перед ингибиторами АПФ пока исчерпываются только лучшей переносимостью [52].
   Повышение приверженности антигипертензивной терапии – один из наиболее реальных способов повышения ее эффективности. Очевидно, что добиться соблюдения рекомендаций можно только при сотрудничестве врача с пациентом, во многом достигающемся за счет подробного и вместе с тем доступного информирования последнего о цели лечения эссенциальной АГ, заключающейся в конечном итоге в увеличении продолжительности активной жизни. Минимизация выраженности нежелательных явлений, связанных с приемом антигипертензивных препаратов, сегодня вполне возможна за счет оптимизации режима их приема и подбора доз, а также тщательного учета противопоказаний к назначению определенного их класса, в том числе относительных. В свою очередь недостаточная приверженность антигипертензивной терапии приближает риск осложнений АГ у подобных пациентов к тем, кто вообще не получает лечения.   

Литература
1. ESH-ESC Guidelines Committee. ESH-ESC guidelines for the management of arterial hypertension. J Hypertens 2003; 21: 1011–53.
2. Frohlich ED. The necessity for recognition and treatment of patients with “mild” hypertension. J Am Coll Cardiol 1999; 34: 1369–77.
3. Hajjar I, Kotchen TA. Trends in prevalence, awareness, treatment, and control of hypertension in the United States, 1988–2000. JAMA 2003; 290: 199–206.
4. Wolf-Maier K, Cooper RS, Kramer H. Hypertension treatment and control in five European countries, Canada, and the United States. Hypertension 2004; 43: 10–17.
5. Macedo ME, Lima MJ, Silva AO et al. Prevalence, awareness, treatment and control of hypertension in Portugal: the PAP study. J Hypertens 2005; 23: 1661–6.
6. Brindel P, Hanon O, Dartigues JF et al. Prevalence, awareness, treatment, and control of hypertension in the elderly: the Three City study. J Hypertens 2006; 24: 51–8.
7. Borghi C, Dormi A, D'Addato S et al. Trends in blood pressure control and antihypertensive treatment in clinical practice: the Brisighella Heart Study. J Hypertens 2004; 22: 1707–16.
8. Cuspidi C, Michev I, Lonati L et al. Compliance to hypertension guidelines in clinical practice: a multicentre pilot study in Italy. J Hum Hypertens 2002; 16: 699–703.
9. Clause SL, Hamilton RA. Medicaid prescriber compliance with Joint National Committee VI Hypertension Treatment Guidelines. Ann Pharmacother 2002; 36: 1505–11.
10. Degli Esposti E, Di Martino M, Sturani A. Risk factors for uncontrolled hypertension in Italy. J Hum Hypertens 2004; 18: 207–13.
11. Фомин И.В., Мареев В.Ю., Фадеева И.П. и др. Истинная распространенность артериальной гипертонии и современное состояние гипотензивной терапии в Нижегородской области (данные регистра 1998 г.). Кардиология. 2000; 9: 33–7.
12. Агеев Ф.Т., Мареев В.Ю., Патрушева И.Ф. Правильно ли мы выбираем гипотензивный препарат в повседневной амбулаторной практике и как исправить эту ситуацию? (По результатам исследования в Московском городском кардиодиспансере и многоцентровых исследований ФЛАГ и ФАГОТ). Сердце. 2003; 2 (4): 185–9.
13. Беленков Ю.Н., Мареев В.Ю. Как мы лечим больных с сердечно-сосудистыми заболеваниями в реальной клинической практике. Тер. арх. 2003; 8: 5–11.
14. Garg JP, Elliott WJ, Folker A et al. Resistant hypertension revisited: a comparison of two university-based cohorts. Am J Hypertens 2005; 18 (5 Pt. 1): 619–26.
15. Degli Esposti L, Degli Esposti E, Valpiani G et al. A retrospective, population-based analysis of persistence with antihypertensive drug therapy in primary care practice in Italy. Clin Ther 2002; 24: 1347–57.
16. Wetzels GE, Nelemans P, Schouten JS, Prins MH. Facts and fiction of poor compliance as a cause of inadequate blood pressure control: a systematic review. J Hypertens 2004; 22: 1849–55.
17. Fodor GJ, Kotrec M, Bacskai K et al. Is interview a reliable method to verify the compliance with antihypertensive therapy? An international central-European study. J Hypertens 2005; 23: 1261–6.
18. Salas M, In't Veld BA, van der Linden PD et al. Impaired cognitive function and compliance with antihypertensive drugs in elderly: the Rotterdam Study. Clin Pharmacol Ther 2001; 70: 561–6.
19. Alam MG, Barri YM. Systolic blood pressure is the main etiology for poorly controlled hypertension. Am J Hypertens 2003; 16: 140–3.
20. Chapman RH, Benner JS, Petrilla AA et al. Predictors of adherence with antihypertensive and lipid-lowering therapy. Arch Intern Med 2005; 165: 1147–52.
21. Schroeder K, Fahey T, Ebrahim S. How can we improve adherence to blood pressure-lowering medication in ambulatory care? Systematic review of randomized controlled trials. Arch Intern Med 2004; 164: 722–32.
22. Schroeder K, Fahey T, Ebrahim S. Interventions for improving adherence to treatment in patients with high blood pressure in ambulatory settings. Cochrane Database Syst Rev 2004; 2: CD004804.
23. Iskedjian M, Einarson TR, MacKeigan LD et al. Relationship between daily dose frequency and adherence to antihypertensive pharmacotherapy: evidence from a meta-analysis. Clin Ther 2002; 24: 302–16.
24. Chobanian AV, Bakris GL, Black HR et al. The Seventh Report of the Joint National Committee on Prevention, Detection, Evaluation and Treatment of High Blood Pressure: The JNC VI Report. JAMA 2003; 289: 2560–71.
25. Чазова И.Е., Ратова Л.Г. Комбинированная терапия артериальной гипертонии. Сердце. 2005; 4 (3): 120–6.
26. Schoberberger R, Janda M, Pescosta W, Sonneck G. The COMpliance Praxis Survey (COMPASS): a multidimensional instrument to monitor compliance for patients on antihypertensive medication. J Hum Hypertens 2002; 16: 779–87.
27. Akpa MR, Agomuoh DI, Odia OJ. Drug compliance among hypertensive patients in Port Harcourt, Nigeria. Niger J Med 2005; 14: 55–7.
28. Black HR, Elliott WJ, Grandits G et al. Results of the Controlled ONset Verapamil INvestigation of Cardiovascular Endpoints (CONVINCE) trial by geographical region. J Hypertens 2005; 23: 1099–106.
29. Raji MA, Kuo YF, Salazar JA et al. Ethnic differences in antihypertensive medication use in the elderly. Ann Pharmacother 2004; 38: 209–14.
30. Riehle JF, Lackland DT, Okonofua EC et al. Ethnic differences in the treatment and control of hypertension in patients with diabetes. J Clin Hypertens (Greenwich) 2005; 7: 445–54.
31. Lau DS, Lee G, Wong CC et al. Characterization of systemic hypertension in the San Francisco Chinese community. Am J Cardiol 2005; 96: 570–3.
32. Cheung BM, Wong YL, Lau C. Queen Mary Utilization of Antihypertensive Drugs Study: side-effects of antihypertensive drugs. J Clin Pharm Ther 2005; 30: 391–9.
33. Zanchetti A, Hansson L, Menard J et al. Risk assessment and treatment benefit in intensively treated hypertensive patients of the Hypertension Optimal Treatment (HOT) study for the HOT Study Group. J Hypertens 2001; 19: 819–25.
34. Greenberg A. Diuretic complications. Am J Med Sci 2000; 319: 10–24.
35. Burchardt M, Burchardt T, Baer L et al. Hypertension is associated with severe erectile dysfunction. J Urol 2000; 164: 1188–91.
36. Dusing R. Sexual dysfunction in male patients with hypertension: influence of antihypertensive drugs. Drugs 2005; 65: 773–86.
37. Giuliano FA, Leriche A, Jaudinot EO et al. Prevalence of erectile dysfunction among 7689 patients with diabetes or hypertension, or both. Urology 2004; 64: 1196–201.
38. Roth A, Kalter-Leibovici O, Kerbis Y et al. Prevalence and risk factors for erectile dysfunction in men with diabetes, hypertension, or both diseases: a community survey among 1,412 Israeli men. Clin Cardiol 2003; 26: 25–30.
39. Aranda P, Ruilope LM, Calvo C et al. Erectile dysfunction in essential arterial hypertension and effects of sildenafil: results of a Spanish national study. Am J Hypertens 2004; 17: 139–45.
40. Wannemacher AJ, Schepers GP, Townsend KA. Antihypertensive medication compliance in a Veterans Affairs Healthcare System. Ann Pharmacother 2002; 36: 986–91.
41. Elliott WJ. Higher incidence of discontinuation of angiotensin converting enzyme inhibitors due to cough in black subjects. Clin Pharmacol Ther 1996; 60: 582–8.
42. Opie LH. Angiotensin converting enzyme inhibitors: the advance continues. 3d ed. UCT Press; 1999.
43. Visser LE, Stricker BH, van der Velden J et al. Angiotensin converting enzyme inhibitor associated cough: a population-based case-control study. J Clin Epidemiol 1995; 48: 851–7.
44. Mukae S, Itoh S, Aoki S et al. Association of polymorphisms of the renin-angiotensin system and bradykinin B2 receptor with ACE-inhibitor-related cough. J Hum Hypertens 2002; 16: 857–63.
45. Kostis JB, Shelton B, Gosselin G et al. Adverse effects of enalapril in the Studies of Left Ventricular Dysfunction (SOLVD). SOLVD Investigators. Am Heart J 1996; 131: 350–55.
46. The HOPE Investigators. Effects of ramipril on cardiovascular and microvascular outcomes in people with diabetes mellitus: results of the HOPE study and MICRO-HOPE substudy. Lancet 2000; 355: 253–9.
47. Luque CA, Vazquez Ortiz M. Treatment of ACE inhibitor-induced cough. Pharmacotherapy 1999; 19: 804–10.
48. Tenenbaum A, Grossman E, Shemesh J et al. Intermediate but not low doses of aspirin can suppress angiotensin-converting enzyme inhibitor-induced cough. Am J Hypertens 2000; 13: 776–82.
49. David D, Jallad N, Germino FW et al. A comparison of the cough profile of fosinopril and enalapril in hypertensive patients with a history of ACE inhibitor-associated cough. Am J Ther 1995; 2: 806–13.
50. Zanchetti A, Crepaldi G, Bond MG et al. Different effects of antihypertensive regimens based on fosinopril or hydrochlorothiazide with or without lipid lowering by pravastatin on progression of asymptomatic carotid atherosclerosis: principal results of PHYLLIS – a randomized double-blind trial. Stroke 2004; 35: 2807–12.
51. Asselbergs FW, Diercks GFH, Hillege HL et al. Effects of fosinopril and pravastatin on cardiovascular events in subjects with microalbuminuria. Circulation 2004; 110: 2809–16.
52. Pitt B, Poole-Wilson PA, Segal R et al. Effect of losartan compared with captopril on mortality in patients with symptomatic heart failure: randomised trial-the Losartan Heart Failure Survival Study ELITE II. Lancet 2000; 355: 1582–7.



В начало
/media/consilium/06_05/33.shtml :: Monday, 06-Nov-2006 21:27:49 MSK
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster