Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

CONSILIUM-MEDICUM  
Том 09/N 5/2007 АРТЕРИАЛЬНАЯ ГИПЕРТОНИЯ

Место ингибиторов ангиотензинпревращающего фермента в лечении кардиоренального синдрома


С.Н.Терещенко, И.В.Жиров

ГОУ ВПО Московский государственный медико-стоматологический университет

В современных клинических рекомендациях определено, что как протеинурия, так и снижение скорости клубочковой фильтрации (СКФ) являются независимым фактором риска развития сердечно-сосудистых заболеваний [1]. Это ухудшает прогноз при остром коронарном синдроме [2], после чрескожных кардиоинтервенционных процедур [3], коронарного шунтирования [4], системной тромболитической терапии [5]. У пациентов с сердечной недостаточностью наличие почечной дисфункции является предиктором неблагоприятного клинического исхода [6–8]. Это верно даже при уровне креатинина сыворотки более 1,3 мг/дл и клиренсе креатинина 60–70 мл/мин.
   При этом значимость почечной дисфункции как предиктора неблагоприятного прогноза так же велика, как и других значимых переменных, включая значение фракции выброса левого желудочка и функциональный класс по NYHA. Хотя нарушение функции почек в большей степени предсказывает общую смертность, данный фактор играет важную роль и в смерти от прогрессирующей сердечной недостаточности [6].
   Что касается госпитализации по поводу сердечной недостаточности, то ухудшение функции почек является более значимым фактором риска неблагоприятного прогноза, чем исходные показатели [9–11]. Хотя с уменьшением выживаемости ассоциировано любое повышение концентрации сывороточного креатинина, в ряде исследований показано, что пороговое значение для этого показателя составляет 0,3 мг/дл (26,5 ммоль/л). Изменения такого уровня отмечаются у 25–45% пациентов, госпитализированных в связи с сердечной недостаточностью [9–11]. У этих пациентов чаще возникает необходимость лечения в условиях отделения интенсивной терапии, агрессивного назначения внутривенных вазодилататоров и инотропных средств. Кроме того, в данной группе повышены показатели заболеваемости и смертности. В одном из многоцентровых исследований показано, что повышение уровня креатинина более 0,3 мг/дл обладает 65% чувствительностью и 81% специфичностью в отношении внутрибольничной смертности [11]. В других работах показано, что ухудшение функции почек ведет к удлинению сроков госпитализации на 2,3 дня, повышает частоту повторных госпитализаций на 33%, а риск смерти в течение 6 мес после выписки – на 67% [12].
   Пациенты с нарушением функции почек – в основном пожилые лица с сахарным диабетом, артериальной гипертензией и длительно текущей хронической сердечной недостаточностью (ХСН). Показано, что в данной группе не столь часто выявляется систолическая дисфункция левого желудочка (у 37–55% пациентов фракция выброса составляет более 40%) [10]. Ухудшение функции почек также не ассоциировано с синдромом малого выброса – уровень артериального давления (АД) выше 160 мм рт. ст. в данной группе встречается чаще, чем в целом по группе [10]. И наоборот, наличие клинической симптоматики задержки жидкости чаще выявляется в подгруппе пациентов с нарушенной функцией почек [10, 11].
   Каковы же механизмы возникновения почечной дисфункции у пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями?
   На рис. 1 представлена общая схема возникновения кардиоренального синдрома у пациентов с хроническими сердечно-сосудистыми заболеваниями.
   При этом многочисленными исследователями выделяются следующие основные патогенетические факторы, ведущие к поражению почек:
   1. Активация системы ренин-ангиотензин-альдостерон (РААС).
   2. Дисбаланс между системой NO и активными формами кислорода.
   3. Воспаление.
   4. Гиперактивация симпатической нервной системы.
   Далее кратко описаны эти факторы, однако следует отметить, что все они являются тесно взаимосвязанными. Например, ангиотензин II, основное действие которого связано с вазоконстрикцией, одновременно влияет на внутрисосудистое воспаление через систему ядерного фактора-каппа (NF-kB), который в свою очередь стимулирует образование активных форм кислорода и повышает симпатический тонус [13, 14].   

Активация РААС
   
На рис. 2 представлена теория «параллельных путей», хорошо иллюстрирующая взаимосвязь изменений в сердце и сосудах почек, ведущих к формированию кардиоренального синдрома.
   При гиперактивации РААС наблюдается еще один очень важный феномен – снижение чувствительности почек к натрийуретическим пептидам, что ведет к крайне неблагоприятным последствиям.
   Причины данного феномена следующие:
   • снижение почечного перфузионного давления;
   • повышение внутрипочечной симпатической активности;
   • снижение плотности натрийуретических рецепторов А- и В-типа;
   • ускорение метаболического клиренса в результате ферментативного разрушения натрийуретических пептидов.   

Дизрегуляция баланса NO: активные формы кислорода и воспаление
   
NO является важным звеном в почечном контроле внеклеточного объема жидкости и АД вследствие влияния на вазодилатацию, натрийурез и десенситизацию тубулогломерулярной обратной связи [15]. Активные формы кислорода, в частности супероксидные радикалы, обладают прямо противоположным действием [16]. При кардиоренальном синдроме наблюдается увеличение образования супероксидных радикалов и одновременно уменьшается биодоступность NO. Последнее связано с повышением циркулирующих уровней асимметричного диметиларгинина, являющегося эндогенным ингибитором NO-синтазы [17]. Данная взаимосвязь выявляется почти у всех пациентов с ХСН вне зависимости от уровня АД [18]. При почечной дисфункции окислительный стресс вызывает повреждение ДНК (8-оксо-OH-дезоксигуанозин), белков, углеводов и липидов [19]. Образовавшиеся окислители стимулируют активацию лейкоцитов и прямо повреждают эндотелиоциты почечных сосудов [20]. Одновременно происходит активация воспалительного ответа как следствие избыточного образования провоспалительных цитокинов, в особенности IL-1, IL-6, фактора некроза опухоли (TNFa) [20].
   Окислительный стресс воздействует на тубулоинтерстициальную обратную связь, что ведет к секреции ренина и образованию ангиотензина. Хроническое ингибирование синтеза NO увеличивает активность сердечного ангиотензинпревращающего фермента (АПФ) и рецепторов к ангиотензину II, которые являются ключевыми модуляторами воспалительных изменений [21].
   Необходимо отметить, что одновременное наличие дисфункции почек и высоких уровней С-реактивного белка обладает более чем аддитивным эффектом в отношении рецидива инфаркта миокарда и сердечно-сосудистой смерти [22].

Рис. 1. Кардиоренальный синдром при хронических сердечно-сосудистых заболеваниях.

Рис. 2. Теория «параллельных путей» формирования кардиоренального синдрома.

Рис. 3. Значимость ингибирования РААС в лечении поражения почек при ХСН.

Таблица 1. Цели антигипертензивной терапии (для конкретного больного)

Непосредственная цель

Достижение целевого уровня АД, по возможности не ухудшая качество жизни

Промежуточная цель

Предотвращение возникновения морфологических и функциональных изменений в органах-мишенях или их регресс

Конечная цель

Уменьшение риска развития сердечно-сосудистых осложнений и улучшение долгосрочного прогноза

Таблица 2. Целевые уровни АД

Группа больных

Целевое АД, мм рт. ст.

Общая популяция больных

<140/90

АГ+сахарный диабет без протеинурии

<130/85

АГ+сахарный диабет с протеинурией

<125/75

АГ+ХПН

<125/75

Таблица 3. Результаты исследований эффективности фозиноприла

Исследование

Основная цель

Результат

FOPS

Безопасность у пожилых пациентов

Фозиноприл эффективен и безопасен у пациентов с АГ старше 60 лет

SHEP

Безопасность и эффективность у пожилых пациентов

Фозиноприл по сравнению с хлорталидоном не вызывает неблагопрятных метаболических изменений у пожилых пациентов. Побочные эффекты не зависят от функции почек

FLIGHT

Гипотензивная эффективнось

Фозиноприл является высокоэффективным и безопасным гипотензивным препаратом вне зависимости от возраста пациентов

ФЛАГ

Частота достижения целевых уровней АД

На фоне терапии фозиноприлом целевые уровни АД достигаются у 62,1% пациентов. Побочные эффекты развиваются у 8,3% больных

ФАГОТ

Фармакоэкономическая эффективность

По сравнению с диуретиками, b-блокаторами и антагонистами кальция терапия фозиноприлом является более экономически выгодной

ФАСОН

Эффективность лечения ХСН в амбулаторной практике

Фозиноприл эффективен как базовый препарат в лечении ХСН у амбулаторных пациентов

PHYLLIS

Влияние фозиноприла на атеросклероз

Фозиноприл тормозит развитие и прогрессирование атеросклеротического поражения сонных артерий

PREVEND-IT

Эффективность у пациентов с АГ и микроальбуминурией

Терапия фозиноприлом предотвращает прогрессирование микроальбуминурии и снижает риск развития сердечно-сосудистых осложнений

Fosinopril vs nifedipine-GITS study

Нефропротективный эффект фозиноприла

Снижение протеинурии выявлено у 57% пациентов. Частота повышения уровня креатинина в крови и необходимость гемодиализа уменьшились на 53%

Fosinopril Heart
Failure Study

Эффективность при ХСН

Декомпенсация ХСН в группе фозиноприла развивается достоверно реже

FACET

Эффективность при сочетании сахарного диабета и АГ

Фозиноприл эффективно уменьшает сердечно-сосудистый риск у пациентов данной группы

Активация симпатической нервной системы
   
Вследствие стимуляции образования ренина через почечные симпатические нейроны, симпатическая нервная система играет одну из ключевых ролей в объемном балансе внеклеточной жидкости и АД. Рядом авторов [23] отмечена прямая взаимосвязь степени почечной дисфункции и уровня периферической симпатической активности. Длительная симпатическая гиперактивность вызывает хроническую b-адренергическую резистентность как при почечной, так и при сердечной недостаточности [24, 25]. Длительная гиперпродукция ренина вызывает ростстимулирующие эффекты в стенках внутрипочечных сосудов [26]. Интересно, что этот эффект модулируется также избыточным образованием супероксидных радикалов [27].   

Ингибиторы АПФ в лечении пациентов с кардиоренальным синдромом
   
В настоящее время артериальную гипертонию (АГ) рассматривают как одну из самых актуальных проблем не только кардиологии, но и клинической медицины в целом. Это связано, во-первых, с ее распространенностью, которая носит эпидемический характер. По данным крупных российских эпидемиологических исследований (ЭПОХА-АГ, ЭПОХА-ХСН), этот показатель составляет почти 40%. Во-вторых, с тем, что остается неудовлетворительным контроль АД. Только 59% женщин и 37% мужчин знают о существовании у них АГ, лечатся только 46% женщин и 21% мужчин, но целевые значения АД достигаются лишь у 17,5% женщин и 5,7% мужчин [28, 29]. Как известно, АГ является фактором риска развития различных сердечно-сосудистых заболеваний и при неадекватном контроле АД значительно повышается частота их возникновения.
   В настоящее время различают непосредственные, промежуточные и конечные цели лечения АГ (табл. 1, 2).
   Многочисленные исследования показали, что строгий контроль АД является краеугольным терапевтическим подходом для замедления прогрессирования хронических заболеваний почек и уменьшения риска сердечно-сосудистых заболеваний и смертности как у пациентов с сахарным диабетом, так и у больных с недиабетической нефропатией. Согласно результатам метаанализа BPLTTC-2003 (Blood Pressure Lowering Treatment Trialist Collaboration), четыре класса антигипертензивных препаратов, воздействующих на различные системы, – ингибиторы (ИАПФ), диуретики, b-адреноблокаторы, блокаторы кальциевых каналов – показали одинаковую эффективность в отношении профилактики развития сердечно-сосудистых событий. В этот метаанализ вошли результаты 14 крупных рандомизированных контролируемых исследований, опубликованные в 2000–2003 гг. (AASK, ABCD-N, ALLHAT, ANBP2, CONVINCE, ELSA, IDNT, JMIC-B, LIFE, NICOLE, PROGRESS, RENAAL, SCOPE, SHELL) [30]. При этом только для ИАПФ в качестве абсолютных показаний рассматривают наличие протеинурии или микроальбуминурии, так как показано, что при этом уменьшается риск развития конечных стадий почечной недостаточности [30].
   Сейчас ни у кого не вызывает сомнения необходимость применения ИАПФ у больных ХСН. Подавляющее большинство многоцентровых клинических исследований лекарственных препаратов убедительно и неопровержимо доказало значимость применения ИАПФ в комплексной терапии ХСН. В рекомендациях по терапии ингибиторами указывается важность индивидуальной титрации дозы у каждого пациента, что позволяет достичь максимальной дозы, а следовательно, и максимального терапевтического эффекта с минимумом побочных реакций (рис. 3).
   Поскольку именно почкам принадлежит основная элиминирующая роль ИАПФ, то существует определенная проблема в применении тех или иных препаратов с учетом не только патофизиологических процессов, происходящих в почках при ХСН, но и физиологических изменений, связанных с возрастом больных.
   Вот почему одним из основных вопросов, касающимся лечения ХСН, является функция почек и ИАПФ. Увеличение риска нарушения функции почек при терапии ИАПФ наблюдается, во-первых, в старших возрастных группах, причем для 50-летнего больного риск увеличивается на 1%, а для 70-летнего на 46%; во-вторых, у больных, принимающих параллельно с ИАПФ диуретики [31].
   Все ИАПФ способны вызвать ухудшение функции почек. В большинстве случаев изменения функции почек являются бессимптомными и проходят после отмены ИАПФ. Нарушение функции почек во многих случаях не прогрессируют при продолжении терапии. ХСН сама по себе часто сопровождается ухудшением функции почек, поэтому не всегда легко отличить негативное влияние ИАПФ на функцию почек от почечной дисфункции, вызванной основным заболеванием. В некоторых случаях последствия ухудшения функции почек, вызванного терапией ИАПФ, могут быть серьезными и даже угрожать жизни. Влияние ИАПФ на функцию почек может быть обусловлено не только их вазодилатирующим действием на почечные сосуды, но и иными механизмами. С другой стороны, снижение уровня ангиотензина II и увеличение продукции простагландинов I2 и Е2 в почках приводит к дилатации эфферентных и афферентных артериол. Уменьшение постгломерулярной вазоконстрикции вызывает снижение давления и СКФ. С другой стороны, уменьшение почечного сосудистого сопротивления приводит к повышению почечного кровотока. Чем больше увеличивается почечный кровоток, тем меньше снижается СКФ. Этот механизм отчасти компенсирует снижение фильтрационного давления в клубочках.
   Кроме того, ИАПФ неоднородно снижают регионарное сосудистое сопротивление и увеличивают регионарный кровоток, при этом их способность вызывать вазодилатацию в различных участках кровяного русла снижается в следующей последовательности: мышцы–почки–гепатомезентериальный отдел. ИАПФ индуцируют перераспределение сердечного выброса в сторону сосудов почек и конечностей [32]. Увеличение сердечного выброса фармакологическими средствами не означает увеличение кровотока в сосудистой системе всех органов, а зачастую лишь индуцирует перераспределение кровотока. Более того, существуют огромные различия между отдельными группами лекарственных препаратов, применяемых при ХСН. Эти различия следует учитывать при оценке благоприятного эффекта препаратов с точки зрения увеличения кровотока или снижения сопротивления периферических сосудов. Наряду с этим необходимо иметь в виду и возможное отрицательное действие препаратов с точки зрения снижения кровотока, что наблюдали, например, в почках при лечении нитратами, поскольку такие эффекты могут быть неблагоприятными как сами по себе, так и вызывать рефлекторные явления, например стимуляцию симпатической нервной системы или РААС [32].
   У пожилых больных, у больных с исходно нарушенной функцией почек, сахарным диабетом, а также с исходной гипотонией имеется более высокий риск развития дисфункции почек на фоне терапии ИАПФ. Риск развития острой почечной недостаточности существенно повышен в тех случаях, когда почечная гломерулярная перфузия поддерживается преимущественно РААС (например, при билатеральном стенозе почечных артерий или аортальном стенозе) [33].
   Снижение риска нарушений функции почек при терапии ХСН ИАПФ характерно, во-первых, у пациентов с сопутствующим диабетом; во-вторых, у больных, находящихся на сопутствующем лечении b-адреноблокаторами; у пациентов с более высокой фракцией выброса левого желудочка.
   Нельзя обойти вниманием и способность ИАПФ оказывать нефропротекторное действие. В многочисленных исследованиях доказано, что нефропротективные свойства этих препаратов связаны не только с их антигипертензивной активностью, но и проявляются независимо от снижения АД. Таким образом, влияние на гормональный профиль, в частности блокада РААС, становится наиболее важным направлением в долгосрочной программе нефропротекции [34, 35]. Хотя индивидуально у 15–20 больных из 1000 нельзя исключить увеличение протеинурии и рост уровня креатинина, что требует контроля этих показателей в первые недели назначения ИАПФ [31].
   В связи с этим возникает резонный вопрос: какие ИАПФ предпочтительны и какие критерии подбора доз ИАПФ должны быть использованы у пожилых больных ХСН?
   ИАПФ, необходимый для лечения пациентов с кардиоренальным синдромом, должен обладать высоким профилем эффективности и безопасности. К числу таких препаратов заслуженно относится фозиноприл.
   Вследствие высокого сродства к липидам (индекс липофильности фозиноприлата более 2,0 ЕД) он проникает во все ткани и органы, что ведет к ингибированию как циркулирующего, так и тканевого АПФ (головной мозг, сердце, почки). На этом фоне ингибируется и системная, и местная РААС. Двойной путь выведения (печень и почки) ведет к тому, что у больных с дисфункцией почек фозиноприл не кумулируется в организме на фоне 10-дневной терапии [36].
   В табл. 3 приведены результаты основных клинических исследований с участием фозиноприла (по [36], с изменениями).
   В многочисленных работах убедительно показаны высокая безопасность и хорошая переносимость фозиноприла у пациентов с различными сердечно-сосудистыми заболеваниями, ведущими к формированию кардиоренального синдрома. При этом у лиц старше 65 лет не выявляется различий в частоте побочных эффектов по сравнению с молодыми пациентами.
   Таким образом, применение фозиноприла позволяет эффективно предотвратить развитие кардиоренального синдрома у пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями, а также проводить лечение этих пациентов, относящихся к группе высокого риска смертности и заболеваемости.   

Литература
1. Sarnak MJ, Levey AS, Schoolwerth AC et al. Kidney disease as a risk factor for development of cardiovascular disease: a statement from the American Heart Association Councils on Kidney in Cardiovascular Disease, High Blood Pressure Research, Clinical Cardiology, and Epidemiology and Prevention. Circulation 2003; 108: 2154–69.
2. Al Suwaidi J, Reddan DN, Williams K et al. Prognostic implications of abnormalities in renal function in patients with acute coronary syndromes. Circulation 2002; 106: 974–80.
3. Best PJ, Lennon R, Ting HH et al. The impact of renal insufficiency on clinical outcomes in patients undergoing percutaneous coronary interventions. J Am Coll Cardiol 2002; 39: 1113–9.
4. Rao V, Weisel RD, Buth KJ et al. Coronary artery bypass grafting in patients with non-dialysis-dependent renal insufficiency. Circulation 1997; 96 (Suppl.): II-38-43; discussion II-44–45.
5. Gibson CM, Pinto DS, Murphy SA et al. Association of creatinine and creatinine clearance on presentation in acute myocardial infarction with subsequent mortality. J Am Coll Cardiol 2003; 42: 1535–43.
6. Dries DL, Exner DV, Domanski MJ et al. The prognostic implications of renal insufficiency in asymptomatic and symptomatic patients with left ventricular systolic dysfunction. J Am Coll Cardiol 2000; 35: 681–9.
7. Mahan NG, Blackstone EH, Francis GS et al. The prognostic value of estimated creatinine clearance alongside functional capacity in patients with chronic congestive heart failure. J Am Coll Cardiol 2002; 40: 1106–13.
8. Hillege HL, Girbes AR, de Kam PJ et al. Renal function, neurohormonal activation, and survival in patients with chronic heart failure. Circulation 2000; 102: 203–10.
9. Krumholz HM, Chen YT, Vaccarino V et al. Correlates and impact on outcomes of worsening renal function in patients < or >65 years of age with heart failure. Am J Cardiol 2000; 85: 1110–3.
10. Forman DE, Butler J, Wang Y et al. Incidence, predictors at admission, and impact of worsening renal function among patients hospitalized with heart failure. J Am Coll Cardiol 2004; 43: 61–7.
11. Gottlieb SS, Abraham W, Butler J et al. The prognostic importance of different definitions of worsening renal function in congestive heart failure. J Card Fail 2002; 8: 136–41.
12. Smith GL, Vaccarino V, Kosiborod M et al. Worsening renal function: what is a clinically meaningful change in creatinine during hospitalization with heart failure? J Card Fail 2003; 9: 13–25.
13. Ruiz-Ortega M, Lorenzo O, Egido J. Angiotensin III increases MCP-1 and activates NF-kappaB and AP-1 in cultured mesangial and mononuclear cells. Kidney Int 2000; 57: 2285–98.
14. Pueyo ME, Gonzalez W, Nicoletti A et al. Angiotensin II stimulates endothelial vascular cell adhesion molecule-1 via nuclear factorkappa B activation induced by intracellular oxidative stress. Arterioscler Thromb Vasc Biol 2000; 20: 645–51.
15. Braam B. Renal endothelial and macula densa NOS: integrated response to changes in extracellular fluid volume. Am J Physiol 1999; 276 (Pt 2): R1551–61.
16. Zou AP, Li N, Cowley AW Jr. Production and actions of superoxide in the renal medulla. Hypertension 2001; 37: 547–53.
17. Vallance P, Leone A, Calver A et al. Accumulation of an endogenous inhibitor of nitric oxide synthesis in chronic renal failure. Lancet 1992; 339: 572–5.
18. Kielstein JT, Bode-Boger SM, Klein G et al. Endogenous nitric oxide synthase inhibitors and renal perfusion in patients with heart failure. Eur J Clin Invest 2003; 33: 370–5.
19. Witko-Sarsat V, Friedlander M, Capeillere-Blandin C et al. Advanced oxidation protein products as a novel marker of oxidative stress in uremia. Kidney Int 1996; 49: 1304–13.
20. Nguyen-Khoa T, Massy ZA, Witko-Sarsat V et al. Oxidized low-density lipoprotein induces macrophage respiratory burst via its protein moiety: A novel pathway in atherogenesis? Biochem Biophys Res Commun 1999; 263: 804–9.
21. Katoh M, Egashira K, Usui M et al. Cardiac angiotensin II receptors are upregulated by long-term inhibition of nitric oxide synthesis in rats. Circ Res 1998; 83: 743–51.
22. Zebrack JS, Anderson JL, Beddhu S et al. Do associations with C-reactive protein and extent of coronary artery disease account for the increased cardiovascular risk of renal insufficiency? J Am Coll Cardiol 2003; 42: 57–63.
23. Converse RL Jr, Jacobsen TN, Toto RD et al. Sympathetic overactivity in patients with chronic renal failure. N Engl J Med 1992; 327: 1912–8.
24. Leineweber K, Heinroth-Hoffmann I, Ponicke K et al. Cardiac betaadrenoceptor desensitization due to increased beta-adrenoceptor kinase activity in chronic uremia. J Am Soc Nephrol 2002; 13: 117–24.
25. Bristow MR, Ginsburg R, Minobe W et al. Decreased catecholamine sensitivity and beta-adrenergic-receptor density in failing human hearts. N Engl J Med 1982; 307: 205–11.
26. Erami C, Zhang H, Ho JG et al. Alpha(1)-adrenoceptor stimulation directly induces growth of vascular wall in vivo. Am J Physiol Heart Circ Physiol 2002; 283: H1577–87.
27. Bleeke T, Zhang H, Madamanchi N et al. Catecholamine-induced vascular wall growth is dependent on generation of reactive oxygen species. Circ Res 2004; 94: 37–45.
28. Ратова Л.Г., Чазова И.Е. Нефропротективный эффект антигипертензивной терапии: исследование ИРИС. Consilium Medicum. 2004; Приложение, выпуск 2: 3–7.
29. Фофанова Т.В., Агеев Ф.Т. Ингибиторы АПФ плюс низкие дозы тиазидных диуретиков: идеальная комбинация для лечения артериальной гипертонии. Сердце. 2004; 3: 99–103.
30. Mac Mahon S. Blood Pressure Lowering Treatment Trialist Collaboration – Second cycle of analyses. Abstracts of the 13th meeting of hypertension. June 13–17, 2003; Milan, Italy.
31. Беленков Ю.Н., Мареев В.Ю. Принципы рационального лечения сердечной недостаточности. Медиа Медика, 2000.
32. Регионарный кровоток при застойной сердечной недостаточности. К.Тюилле, Н.Мур, Медикография. 1995; с. 25–31.
33. Bauer J, Reams G. The angiotensin type I receptor antagonists. Arch Intern Med 1995; 155: 1361–8.
34. Арутюнов Г.П., Чернявская Т.К., Лукичева Т.И. и др. Микроальбуминурия: клиническое значение и пути медикаментозной коррекции. Клин. фарм. тер. 1999; 9 (3): 23–29.
35. Тареева И.Е., Кутырина И.М. Пути торможения прогрессирования хронической почечной недостаточности. Клин. фарм. тер. 1999; 8 (5): 71–4.
36. Стуров Н.В. Ингибиторы АПФ: опыт наиболее значимых клинических исследований для клинической практики. Трудн. пациент. 2006; 4 (4): 48–54.



В начало
/media/consilium/07_05/28.shtml :: Wednesday, 22-Aug-2007 19:32:02 MSD
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster