Применение новинета и кавинтона в комплексной реабилитационной терапии пациенток, перенесших апоплексию яичника
О.Ю.Пивоварова, А.А.Евсеев, Ю.А.Голова, В.Г.Бреусенко, И.А.Альбицкий
Кафедра акушерства и гинекологии педиатрического факультета Российского государственного медицинского университета, Москва
В
структуре
гинекологических заболеваний апоплексия
яичника занимает второе место среди причин
внутрибрюшного кровотечения. Данная
патология встречается, как правило, у
женщин молодого репродуктивного возраста.
Среди пациенток, оперированных по поводу
внутрибрюшного кровотечения, разрыв
яичника был выявлен лишь в 0,5–3% [1, 2]. Однако
количество летальных исходов, по некоторым
данным [3–5], при апоплексии яичника
достигает 9,1%.
В работе О.Ю.
Панковой [6] разработана новая
классификация апоплексии яичника, в
зависимости от величины внутрибрюшной
кровопотери, выявлены нарушения
морфофункционального состояния яичника у
пациенток, перенесших апоплексию. Эти
нарушения подчас носят стойкий характер и
создают условия для возникновения
рецидивов заболевания.
В связи с этим
целью настоящего исследования явилась
разработка методов коррекции
морфофункциональных нарушений яичника и
профилактика рецидивов апоплексии яичника.
Материалы и методы
Нами
обследовано 86 пациенток с апоплексией
яичника. Возраст наблюдаемых варьировал от
14 до 43 лет, большинство больных (91,8%) были в
возрасте 18–35 лет.
С лечебно-диагностической
целью 79 пациенткам была произведена
лапароскопия, которая осуществлялась по
общепринятой методике, разработанной и
внедренной в клинику [7–10], 7 больным
произведено чревосечение, в связи с тяжелым
состоянием и выраженным нарушением
гемодинамики.
При проведении
оперативного вмешательства обнаружены
следующие изменения яичника: стигма
овуляции у 21, разрыв желтого тела у 38, разрыв
кисты желтого тела у 23, разрыв
фолликулярной кисты у 4 больных.
Согласно
классификации апоплексии яичника,
предложенной нашей клиникой, в зависимости
от исходной внутрибрюшной кровопотери
пациентки были разделены на 3 группы. В 1-ю
группу вошли 16 больных с кровопотерей до 150
мл, во 2-ю группу – 43 с кровопотерей 150–500 мл,
в 3-ю группу – 27 с кровопотерей более 500 мл.
Объем
оперативного вмешательства на яичнике при
его апоплексии в зависимости от величины
внутрибрюшной кровопотери приведен в табл.
1.
Особое внимание
уделяли обследованию пациенток после
перенесенной апоплексии яичника.
На первом этапе
работы проводили определение функции
яичников, характер и степень выраженности
их нарушений, состояние в системе ЦНС –
яичники у 42 пациенток репродуктивного
возраста. Из них 16 больных составили 1-ю
группы, 15 – 2-ю группы, 11–3-ю группу.
Обследование
проводили при помощи тестов функциональной
диагностики, ультразвукового исследования,
с применением цветного допплеровского
картирования и пульсовой допплерометрии,
которое осуществляли через 1, 3, 6, 9 и 12 мес
после апоплексии яичника на первом этапе
исследования и через 1, 3, 6, 9, 12 мес после
медикаментозной коррекции на втором этапе.
Исследование проводили на аппарате
"Acuson-128" с использованием конвексных и
линейных датчиков с частотой 2,5; 3,5 МГц и
влагалищного датчика с частотой 5,0; 7,0 МГц, в
котором совмещены пульсирующий
допплеровский датчик и датчик реального
времени. Кроме того, были использованы
следующие методы: электроэнцефалография,
реоэнцефалография, рентгенография черепа,
исследования гормонального статуса с
помощью наборов реактивов "Cobas core", "NovaPath
Estadiol", "СтероидИФА-прогестерон".
Сравнение полученных данных проводили с
результатами обследования 10 здоровых
женщин, составивших контрольную группу.
На втором этапе
исследования проводили разработку
наиболее эффективной схемы коррекции и
определение длительности ее применения.
Произведена сравнительная эффективность
двух схем коррекции.
Схема 1
– гормональная терапия монофазным
комбинированным микродозированным
эстроген-гестагенным препаратом "Новинет"
фирмы "Гедеон Рихтер А.О", содержащим 20
мкг этинилэстрадиола и 150 мкг дезогестрела
по контрацептивной схеме в течение 3–6 мес у
23 пациенток, из них 16 из 2-й группы, 7 из 3-й
группы. Данный препарат использовали в
связи с эффективным подавлением овуляции,
безопасностью и минимальными побочными
эффектами при применении.
Схема 2
– сочетание описанной выше гормональной
терапии и препаратов, улучшающих
деятельность структур головного мозга (3
мес): ноотропы (ноотропил по 400 мг 2–3 раза в
день), препараты, улучшающие церебральную
перфузию (кавинтон фирмы "Гедеон Рихтер А.О"
по 5 мг 3 раза в день), транквилизаторы (феназепам
по 0,5 мг в сутки дробно), при повышенном
внутричерепном давлении – диуретики (триампур,
гипотиазид), в течение 3 мес применяли у 21
больной – у 12 из 2-й группы, у 9 из 3-й группы (табл.
2).
Возрастная
характеристика пациенток, получавших
лечение по схемам 1, 2, по группам
представлена в табл. 3.
Следует отметить,
что все обследуемые до начала лечения были
проинформированы о возможных побочных
явлениях гормонального препарата, что, по
нашему мнению, является важным и уменьшает
число женщин, отказывающихся от их приема
как с целью лечения, так и с целью
контрацепции.
Контроль за
эффективностью различных схем терапии
осуществляли при помощи описанных методов.
Результаты и обсуждение
Результаты
исследования, проводимые на первом этапе
работы, показали наличие нарушений в
деятельности системы гипоталамус-гипофиз-яичники.
Анализ данных базальной
температуры выявил в следующий после
апоплексии яичника менструальный цикл
двухфазную кривую у 15 из 16 обследованных 1-й
группы. У 27 (64%) пациенток выявлена
монофазная кривая (из группы 1 у 1, из 2 и 3
групп у всех). Через 3 мес ановуляторный цикл
сохранялся у большинства обследуемых 2-й (10
пациенток) и 3-й (9 пациенток) группы.
Восстановление двухфазного менструального
цикла через 3 мес после апоплексии яичника
отмечено у 23 наблюдаемых (из 1-й группы – у
всех, из 2-й группы – у 5, из 3-й – у 2), при этом
длительность II фазы у больных 1-й группы
варьировала в интервале 8–14 дней, составляя
в среднем 12,7±1,5 дня, что не отличается от
показателей у здоровых женщин. У
обследованных из 2 и 3-й групп (7 пациенток)
эта цифра колебалась в пределах от 3 до 14
дней (в среднем 7,8±5,1 дня), что было
достоверно меньше, чем у здоровых женщин.
Эхографическую
картину яичников (размеры,
структуру) мы оценивали в соответствии с
фазой менструального цикла. В первый
менструальный цикл после апоплексии
яичника эхографические признаки овуляции в
середине цикла (доминантный фолликул,
свободная жидкость в малом тазу) у
пациенток 2 и 3-й групп не наблюдали, у
пациенток 1-й группы признаки овуляции
выявлены у 15 из 16 женщин. У 27 наблюдаемых
эхографических признаков произошедшей
овуляции ни в одном из яичников выявлено не
было (из 1-й группы – у 1, из 2 и 3-й групп – у
всех). Ультразвуковой контроль в следующие
менструальные циклы (3–12 мес) после
апоплексии яичника показал, что нормальный
овуляторный цикл через 3–6 мес
восстановился у всех пациенток 1-й группы, у
10 из 2-й группы и только у 3 из 3-й группы. У 8
больных (у 3 из 2-й группы, у 5 из 3-й группы) в
середине цикла яичники продолжали
визуализироваться не увеличенными, с
несколькими жидкостными включениями не
более 0,4–0,6 см. По суммарным данным
динамического наблюдения во II фазе
менструального цикла отмечена высокая
частота (до 83%) формирования ретенционных
кист, в том числе повторно (у 11 из 1-й группы,
у всех из 2 и 3-й групп). Ретенционные
образования яичника были обнаружены через
3–12 мес после апоплексии яичника на 19–35-й
дни менструального цикла: у 21
пациентки на стороне поражения, у 14
пациенток на контралатеральной. У 5
наблюдаемых (2 из 2-й группы, 3 из 3-й группы)
формировались ретенционные кисты до 6–7 см
в диаметре. Таким образом, динамическое
наблюдение показало, что у пациенток,
перенесших апоплексию яичника с
кровопотерей более 150 мл, отмечаются
нарушения функции яичника, проявляющиеся
ановуляцией.
При цветовом
допплеровском картировании кровоток в
a.ovarica, ранее поврежденном при разрыве
яичника, регистрировался у всех больных,
внутриовариальный – лишь у 14 пациенток (из
них 7 из 1-й группы, 4 из 2-й, 3 из 3-й).
По данным допплерометрии
через 1–3 мес после оперативного
вмешательства на 25–27-й дни менструального
цикла нормализовались систолическая и
конечная диастолическая скорости
яичникого кровотока. Однако магистральный
кровоток в a.ovarica по сравнению со здоровыми
женщинами характеризовался достоверно
повышенным сосудистым сопротивлением (ИР)
0,63±0,05, а также регистрировались повышенные
значения индекса пульсативности (ИП) и в
a.ovarica 0,92±0,08, и в мелких ветвях внутри
яичника 0,72±0,07.
Индивидуальный
анализ показал, что изменения кровотока
яичника носят достоверно более выраженный
характер у пациенток с большим объемом
оперативного вмешательства (резекция
яичника). В то же время у больных с
незначительной кровопотерей (1-я группа) и
объемом, ограничивающимся лишь коагуляцией
места разрыва, через 1–3 мес после
повреждения яичника все показатели
кровотока пришли в норму. Следовательно,
степень и стойкость гемодинамических
нарушений овариального кровотока прямо
коррелируют с величиной внутрибрюшной
кровопотери и степенью ишемизации яичника.
Учитывая
полученные результаты, была предпринята
попытка выявить зависимость изменений
параметров кровотока от методов гемостаза,
выполненных при операции (коагуляция и
ушивание). Однако подобная связь
установлена не была. Значительные
гемодинамические нарушения возникали как
после коагуляции тканей яичника, так и
после ушивания и были вызваны только более
травматичным характером оперативного
вмешательства.
При исследовании
деятельности структур головного мозга
было выявлено, что у 8 из 16 пациенток 1-й
группы, перенесших апоплексию яичника,
изменений по данным ЭЭГ, РЭГ,
рентгенографии черепа не выявлено. У
остальных наблюдаемых из 1-й группы
отмечены функциональные сдвиги в
диэнцефально-стволовых структурах мозга,
по данным ЭЭГ, отмечен повышенный тонус
сосудов каротидного и вертебробазилярного
бассейнов, при функциональных пробах
зарегистрированы элементы венозного
застоя с двух сторон по РЭГ. На
рентгенограммах визуализировались "пальцевые
вдавления", являющиеся косвенным
признаком внутричерепного давления.
У обследуемых 2 и 3-й
групп, по данным ЭЭГ, фиксированы нарушения
на диэнцефальном, диэнцефально-стволовом и
лимбико-ретикулярном уровнях,
пароксизмальные проявления мозговой
активности и признаки патологической
активности мозга, более характерные для
пациенток 3-й группы. Анализируя данные РЭГ
у наблюдаемых 2 и 3-й групп, выявлено
повышение тонуса артерий каротидного и
вертебробазилярного бассейнов, а у
пациенток 3-й группы – резкий гипертонус
сосудов головного мозга, который у половины
сочетался со значительным по амплитуде
пульсовым кровонаполнением. Также у всех
пациенток данных групп зафиксировано
затруднение венозного оттока,
усиливающееся в ответ на функциональные
нагрузки. При рентгенографии черепа у
больных 2 и 3-й групп выявлены признаки
повышенного внутричерепного давления и
патологические изменения тонуса сосудов.
При анализе
данных гормонального статуса у женщин,
перенесших апоплексию яичника, в следующем
после заболевания менструальном цикле
выявлено, что уровень пролактина и ЛГ
нормализуется лишь у пациенток с
незначительной кровопотерей (1-я группа).
Показатели ФСГ после разрывы яичника были
выше нормы только у пациенток 1-й группы.
У больных с
умеренной и выраженной кровопотерей
оставались повышенными концентрации
пролактина во все периоды менструального
цикла, ЛГ в I и II фазы. В следующий
менструальный цикл было выявлено
отсутствие овуляторного пика ЛГ, ФСГ,
эстрадиола, снижение концентрации
прогестерона во II фазе менструального
цикла, что приводило к ановуляции или
недостаточности лютеиновой фазы.
Следует отметить,
что степень выраженности гормональных
изменений прямо коррелировала с величиной
кровопотери при апоплексии яичника и
бЧльшим объемом оперативного
вмешательства. Возможно, это объясняется
повреждающим воздействием на яичник
непосредственно самого разрыва или
хирургического вмешательства, что является
стрессом для организма.
В течение года
после перенесенной апоплексии 8 пациенток (7
из 2-й группы, 1 из 3-й группы) имели рецидив
заболевания, заставивший их обратиться за
медицинской помощью, причем у 2 из них
зафиксирована бульшая кровопотеря, чем при
первом обращении, потребовавшая повторного
хирургического лечения.
Таким образом,
проведенные исследования показали, что
только у пациенток, перенесших апоплексию
яичника с умеренной и выраженной
кровопотерей, выявляются нарушения на всех
уровнях гипоталамо-гипофизарно-яичниковой
системы, которая требует коррекции.
В связи с этим мы
попытались разработать наиболее
эффективную схему коррекции данных
нарушений. С этой целью на втором этапе
работы проведена медикаментозная терапия 44
пациенткам (28 из 2-й группы, 16 из 3-й группы),
перенесшим апоплексию яичника по описанным
схемам 1 и 2.
Корригирующая
терапия по схеме 1 проведена 23
пациенткам (16 из 2-й группы, 7 из 3-й группы). В
начале работы 20 пациенткам (16 из 2-й группы, 4
из 3-й группы) монофазный комбинированный
микродозированный эстроген-гестагенный
препарат "Новинет" назначали в течение
3 мес. На следующий цикл после отмены
препарата проводили комплексное
обследование пациенток.
При анализе
показателей базальной температуры
после 3 циклов терапии двухфазная кривая
отмечена у 16 обследуемых (у 14 из 2-й группы и 2
из 3-й группы). У 4 пациенток 3-й группы первый
цикл после отмены препарата был монофазным,
по нашему мнению, у 2 это связано с большим
объемом оперативного вмешательства и
величиной кровопотери у данных пациенток (1
пациентке произведена лапаротомия,
резекция яичника, 1 – лапароскопия,
коагуляция места разрыва, с объемом
внутрибрюшной кровопотери 1000 мл в обоих
наблюдениях), а у 2 пациенток из 2-й группы с
возрастом (37 и 42 лет).
Через 3, 6, 9, 12 мес
после лечения овуляторный менструальный
цикл отмечен у 19 из 20 наблюдаемых, при этом
длительность II фазы у больных, получавших
монотерапию новинетом, варьировала в
интервале 9–13 дней, в среднем составляя 11,0±0,9
дня. У 1 наблюдаемой 42 лет в течение года
зафиксировано только 2 овуляторных цикла, а
длительность второй фазы составила 7 и 9
дней.
Учитывая даанные
результаты, 3 пациенткам, перенесшим
апоплексию яичника с кровопотерей более 500
мл, мы рекомендовали применение
гормональной терапии до 6 циклов. При
анализе показателей базальной температуры
у этих больных 3-й группы после 6 циклов
лечения новинетом в следующий после отмены
препарата менструальный цикл двухфазная
кривая отмечена у 2 обследуемых. У 1
наблюдаемой овуляторный цикл
восстановился только через 6 мес.
Оценивая ультразвуковую
картину яичников с
применением цветного допплеровского
картирования и пульсовой допплерометрии, в
следующий после отмены препарата цикл у 7
пациенток (2 из 2-й группы, 5 из 3-й группы)
выявлено сохранение повышенного
сосудистого сопротивления в яичнике как в
a.ovarica (ИР) 0,72±0,05, так
и в мелких ветвях внутри яичника (ИР) 0,66±0,04.
У остальных 16 наблюдаемых данные
показатели достоверно не отличались от
здоровых женщин. Через 3, 6, 9, 12 мес после
лечения значения показателей овариального
кровотока у всех пациенток соответствовали
норме.
В течение года у 4 (у
1 из 2-й группы, 3 из 3-й группы) обследуемых,
принимавших только новинет, зафиксировано
образование ретенционных кист, однако их
размеры не превышали 3–4 см в диаметре.
Сравнение
результатов ЭЭГ и РЭГ во время
апоплексии и после лечения выявило, что у 18
(78%) из 23 обследуемых после монотерапии
сохранялись те же патологические изменения:
нарушения на диэнцефально-стволовом и
лимбико-ретикулярном уровнях, повышение
тонуса артерий каротидного и
вертебробазилярного бассейнов,
затруднение венозного оттока с двух сторон,
усиливающееся в ответ на функциональные
нагрузки. У 3 (13%) отмечено улучшение в
деятельности диэнцефально-стволовых
структурах мозга по ЭЭГ: снижение
повышенного тонуса сосудов каротидного и
вертебробазилярного бассейнов, уменьшение
венозного застоя при функциональных пробах
по РЭГ, у 2 (8%) картина соответствовала норме
для данного возраста.
Таблица 1. Объем оперативного
вмешательства у пациенток с апоплексией
яичника
|
Объем оперативного вмешательства |
Группа 1 (n=16) |
Группа 2 (n=43) |
Группа 3 (n=27) |
Всего (n=86) |
|
Диагностическая лапароскопия |
8 |
– |
– |
8 |
|
Коагуляция места разрыва яичника |
6 |
29 |
14 |
49 |
|
Резекция яичника |
2 |
11 |
9 |
22 |
|
Ушивание разрыва яичника |
– |
3 |
4 |
7 |
Таблица 2. Характеристика обследуемых
пациенток, перенесших апоплексию яичника
|
Характеристика пациенток |
Этап 1 без лечения |
Этап 2 |
|
схема 1 |
схема 2 |
|
Группа 1 (кровопотеря до 150 мл) |
16 |
– |
– |
|
Группа 2 (кровопоторя 150–500 мл) |
15 |
16 |
12 |
|
Группа 3 (кровопотеря более 500 мл) |
11 |
7 |
9 |
|
Всего... |
42 |
23 |
21 |
Таблица 3. Возрастная характеристика
пациенток, получавших лечение по схеме1, 2
|
Число пациенток по группам |
Возраст, лет |
|
14–25 |
26–35 |
36–43 |
|
Схема 1 (n=23) |
группа 2 (n=16) |
8 |
6 |
2 |
|
группа 3 (n=7) |
3 |
4 |
- |
|
Схема 2 (n=21) |
группа 2 (n=12) |
7 |
4 |
1 |
|
группа 3 (n=9) |
4 |
4 |
1 |
Таблица 4. Допплерометрические показатели
кровотока яичника во II фазу у пациенток
группы 2 и 3, перенесших апоплексию яичника
без лечения и после терапии по схемам 1, 2
|
Допплерометрический показатель |
Группы наблюдаемых |
|
контрольная группа |
без лечения |
лечение по схеме 1 |
лечение по схеме 2 |
|
Систолическая скорость, Vmax,
см/с |
20±7 (3–36) |
21±7 (7–36) |
20±5 (9–27) |
19±6 (10–29) |
|
Диастолическая скорость, V min
, см/с |
9±4 (1–14) |
8±2 (2–10) |
8±3 (3–12) |
7±3 (1–11) |
|
Систоло-диастолическое отношение,
СДО |
2,29±0,31 (1,77–2,9) |
3,16±0,27 * (2,2–4,1) |
2,24±0,23 • (1,83–3,10) |
2,27±0,27 • (1,76–2,8) |
|
ИР |
0,55±0,06 (0,43–0,76) |
0,69±0,04 * (0,54–0,85) |
0,58±0,07 (0,48–0,88) |
0,56±0,05 • (0,46–0,61) |
|
ИП |
0,81±0,13 (0,53–0,87) |
1,01±0,09 (0,76–1,21) |
0,90±0,08 (0,63–1,31) |
0,83±0,11 (0,58–0,97) |
|
Примечание. В скобках указаны границы
разброса данных; * – значения
статистически достоверно отличаются
от соответствующих показателей у
здоровых женщин (контрольная группа)
при р Ј0,05;
• – значения статистически достоверно
отличаются от соответствующих
показателей в группе без лечения при рЈ0,05.
|
Рис. 1. Концентрация ЛГ у пациенток,
перенесших апоплексию яичника без лечения
и после терапии по схемам 1, 2.

Рис. 2. Концентрация ФСГ у пациенток,
перенесших апоплексию яичника без лечения
и после терапии по схемам 1, 2.

Рис. 3. Концентрация прогестерона у
пациенток, перенесших апоплексию яичника
без лечения и после терапии по схемам 1, 2.

Рис. 4. Концентрация эстрадиола у
пациенток, перенесших апоплексию яичника
без лечения и после терапии по схемам 1, 2.

Рис. 5. Концентрация пролактина во II фазу
менструального цикла у пациенток,
перенесших апоплексию яичника без лечения
и после терапии по схемам 1, 2.

Анализ гормонального
статуса, в следующий после лечения
менструальный цикл, показал, что у всех 23
наблюдаемых, получавших лечение по схеме 1,
произошло восстановление соотношения ФСГ и
ЛГ, уровня пролактина. Незначительное
снижение концентрации эстрадиола во все
фазы менструального цикла отмечено у 3
пациенток (у 2 из 2-й группы, у 1 из 3-й группы),
а концентрации прогестерона во II фазе
менструального цикла – у 6 пациенток (у 2 из
2-й группы, у 4 из 3-й группы).
Восстановление
уровней эстрадиола и прогестерона через 3
мес после лечения произошло у всех 23
обследуемых. Однако у 2 обследуемых уровень
гормонов находился на нижней границе нормы.
У 2 пациенток из 3-й
группы произошел рецидив апоплексии в
следующий цикл после отмены гормональной
терапии, что явилось причиной
госпитализации, однако у всех пациенток
апоплексия яичника проявлялась болевой
формой с минимальным количеством жидкости
в брюшной полости, зафиксированным при
ультразвуковом исследовании, и не
потребовала оперативного вмешательства.
Лечение по схеме
2 проведено 21 пациентке (12 из 2-й группы, 9
из 3-й группы). Учитывая данные, полученные
при обследовании женщин после терапии по
схеме 1, пациенткам 2-й группы новинет
назначали на 3 цикла, а у всех пациенток 3-й
группы (кровопотеря более 500 мл)
длительность гормональной терапии
продолжалась в течение 6 циклов. Терапия,
направленная на улучшение деятельности
структур головного мозга, у всех
обследуемых применена в течение 3 мес по
описанной выше схеме.
При обследование
пациенток после лечения по схеме 2, по
данным базальной температуры, в
следующий после отмены курса терапии
менструальный цикл двухфазная кривая
отмечена у 20 обследуемых, длительность II
фазы колебалась в пределах от 11 до 15 дней (в
среднем 12,8±1,9 дня), что соответствует
показателям у здоровых женщин, у 1 пациентки
3-й группы овуляторный менструальный цикл
восстановился через 3 мес после терапии.
Оценивая ультразвуковую
картину яичников, эхографические
признаки овуляции в середине цикла через 3
мес после лечения выявлены у всех пациенток.
Среди больных, получавших комбинированное
лечение, рецидивов заболевания и
образования ретенционных кист в течение 12
мес наблюдения не выявлено.
По данным допплерометрии
через 3 мес после медикаментозной терапии
значения ИП, ИР, систолическая и конечная
диастолическая скорости кровотока в
яичнике и a.ovarica достоверно не отличались от
показателей у здоровых женщин.
По данным
допплерометрии у пациенток с большой
кровопотерей и объемом оперативного
вмешательства, получавших монотерапию
гормональным препаратом, после лечения
сохраняется высокорезистентный кровоток в
яичнике, в котором произошла апоплексия,
что указывает на повышенное сосудистое
сопротивление. После комплексной терапии
по схеме 2 ИР достоверно не отличается от
нормальных цифр, что может быть связано с
назначением кавинтона (винпоцетина),
который действуя на гладкую мускулатуру
сосудов уменьшает сопротивление не только
в сосудах головного мозга (преимущественное
действие), но и в яичнике (табл. 4).
Анализ
гормонального статуса в следующий после
лечения менструальный цикл показал, что у
всех наблюдаемых произошло восстановление
соотношения ФСГ и ЛГ, уровня пролактина.
Концентрации эстрадиола и прогестерона
достоверно не отличались от нормальных
показателей (рис. 1–5).
При исследовании
деятельности структур головного мозга
через 3 мес после центральной терапии было
выявлено, что у 18 (85,7%) пациенток, получавших
комплексную терапию, патологических
изменений по данным ЭЭГ, РЭГ после лечения
не выявлено. У 3 остальных (14,3%) наблюдаемых,
принимавших комплексное лечение, отмечена
положительная динамика в деятельности
диэнцефально-стволовых структурах мозга по
ЭЭГ, снижение повышенного тонуса сосудов
каротидного и вертебробазилярного
бассейнов, уменьшение венозного застоя при
функциональных пробах по РЭГ.
При анализе
данных о переносимости препарата были
выявлены мажущие кровяные выделения из
половых путей на фоне приема новинета у 6
(13,6%) женщин, умеренные кровяные выделения –
у 1 (2%). Обильных кровяных выделений на фоне
приема препарата не было. Следует отметить,
что данные побочные действия наблюдались в
циклы 1–3 приема и не явились причиной
прекращения терапии новинетом.
Нагрубание
молочных желез отмечали 9 (20,4%) пациенток,
выраженность данного симптома 6 определяли
как умеренную, 3 – как слабую. К циклам 5–6
приема данное побочное явление фиксировали
только 4 (9%) обследуемые как слабовыраженное.
Тошнота
зафиксирована у 5 (11,3%) наблюдаемых в первые 2
цикла приема препарата.
Тянущие боли в
нижних отделах живота были у 28 женщин,
однако при прицельном опросе выявлено, что
боли психологически связаны с
предшествующим оперативным вмешательством.
В связи с этом оценка данного симптома как
побочного действия новинета не могла
являться объективной.
Головные боли
периодически отмечены у 8 (18,1%) обследуемых в
первые 1–2 цикла приема. После цикла 3 данный
симптом исчезал.
Однако у 2
пациенток к циклам 3 и 4 приема новинета
выявлено увеличение массы тела на 5 и 3 кг
соответственно, что явилось причиной
прекращения гормональной терапии.
Выводы
Таким образом,
проведенное исследование показало, что при
апоплексии яичника происходят нарушения на
всех уровнях гипоталамо-гипофизарно-яичниковой
системы. Выраженность данных изменений
прямо коррелирует с величиной
внутрибрюшной кровопотери.
Динамическое
наблюдение за пациентками, перенесшими
апоплексию яичника показало, что только у
пациенток 1-й группы (кровопотеря до 150 мл) и
небольшим объемом оперативного
вмешательства (коагуляция места разрыва)
нарушения в системе ЦНС – яичники имеют
обратимый характер и не требуют назначения
корригирующей терапии. У больных,
перенесших апоплексию яичника с большей
кровопотерей и объемом оперативного
вмешательства (резекция, ушивание яичника),
данные изменения имеют стойкий характер,
что в последствии может приводить к
рецидиву апоплексии яичника. В связи с этим
считаем необходимым проводить
корригирующую терапию всем пациенткам,
перенесшим апоплексию яичника с
кровопотерей более 150 мл.
Для коррекции
выявленных нарушений считаем
целесообразным применение монофазных
низко- и микродозированных эстроген-гестагенных
препаратов.
Лечение с
применением только монофазных низко- и
микродозированных эстроген-гестагенных
препаратов, по нашему мнению, может быть
рекомендовано больным без выраженных
изменений со стороны центральной нервной
системы (по данным ЭЭГ, РЭГ) с небольшим
объемом оперативного вмешательства (коагуляция
места разрыва), кровопотерей до 500 мл.
Достаточная длительность гормональной
терапии у данных пациенток составляет 3
цикла.
Анализируя
полученные результаты, следует отметить,
что комплексная терапия с использованием
сочетания низко- и микродозированных
эстроген-гестагенных препаратов и средств,
улучшающих деятельность структур
головного мозга (ноотропов, препаратов,
улучшающих церебральную перфузию,
транквилизаторов, диуретиков), приводит к
восстановлению нормального двухфазного
менструального цикла и уменьшает
количество рецидивов заболевания.
Литература
1. Айламазян Э.К.,
Рябцева И.Т. Неотложная помощь при
экстренных состояниях в гинекологии. Н.Новгород:
НГМА. 1997; 30 с.
2. Кулаков В.И.
Оперативная гинекология. М.: Медицина, 1990; 464
с.
3. Горвец М.
Руководство к патологии и терапии женской
половой сферы. Часть 2. СПб., 1883; 290 с.
4. Johnson VE. Amer J Surg 1930; 9 (3): 538–42.
5. Scanzoni VF. Болезни
женских половых органов. Пер. с нем. СПб., 1874;
329 с.
6. Панкова О.Ю.
Апоплексия яичника: современные принципы
диагностики и лечения: Автореф. дис. … канд.
мед. наук. М., 1999.
7. Адамян Л.В.
Диагностическая и хирургическая
лапароскопия в гинекологии. Метод.
рекомендации. М., 1997.
8. Кулаков В.И.,
Адамян Л.В. Акуш. и гин. 1995; 5: 3–6.
9. Савельева Г.М.,
Богинская Л.Н., Штыров С.В., Тангиева З.С. Акуш.
и гин. 1990; 2: 10–3.
10. Тумарев А.В.,
Затонских Л.В., Штыров С.В. и др. Вестн. росс.
ассоц. акуш. и гин. 1996; 1: 41–5.
/media/gynecology/03_03/126.shtml :: Sunday, 24-Aug-2003 20:11:33 MSD