Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

ГИНЕКОЛОГИЯ  
Том 07/N 1/2005 ОСНОВНАЯ ТЕМА

Микронутриентный и тиреоидный статус беременных женщин в йододефицитном регионе в зависимости от пищевого рациона и вида йодной профилактики


Н.А.Курмачева, Н.В.Борисова, О.П.Аккузина, Р.А.Киреев

ГУЗ "Саратовский областной центр планирования семьи и репродукции" (главный врач – канд. мед. наук Н.П.Смирнова); Саратовский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского (ректор – проф. Л.Ю.Коссович)

Питание является одним из важнейших факторов, определяющих состояние здоровья человека, продолжительность и качество жизни. Рациональное сбалансированное питание создает условия для нормального физического и умственного развития, поддерживает высокую работоспособность, обеспечивает оптимальные условия для функционирования жизненно важных систем организма, сохранения репродуктивного здоровья [1–3].
   В настоящее время в большинстве отечественных публикаций, посвященных проблемам питания, основное внимание уделяется дефициту микронутриентов в рационе населения России, поскольку риск развития различных патологических состояний, связанный с недостаточным потреблением витаминов и эссенциальных микроэлементов, вполне реален и серьезно угрожает здоровью [4–6].
   Результаты исследований последних лет, проведенных сотрудниками ГУ НИИ питания РАМН, свидетельствуют о том, что в России обеспеченность микронутриентами детей и женщин репродуктивного возраста, особенно беременных и кормящих, значительно ниже физиологических потребностей. Наиболее распространен у беременных женщин дефицит витамина С (80–90%), фолиевой кислоты (70–100%), витаминов группы В (40–80%), каротина (40–55%). У значительной части детей, беременных и кормящих женщин России поливитаминный дефицит сочетается с недостаточным поступлением в организм йода, селена, кальция, фтора и ряда других макро- и микроэлементов и снижением их содержания в биологических жидкостях [2, 7].
   Йодный дефицит по своей медико-социальной значимости занимает особое место среди прочих микроэлементозов, поскольку его наличие доказано практически на всей территории России и во многих регионах мира [8, 9]. Недостаточное потребление йода с пищей влечет за собой серьезную угрозу интеллектуальному потенциалу нации. Показатели умственного развития населения (IQ-индекс) йододефицитных регионов на 10–15% ниже таковых в территориях с адекватным потреблением йода, в условиях йодного дефицита существенно нарушены когнитивные функции у детей [10, 11].
   Значение адекватного йодного обеспечения и нормального функционирования щитовидной железы для беременной и кормящей женщины, плода, ребенка в постнатальном онтогенезе трудно преувеличить. Основной ролью тиреоидных гормонов на внутриутробном этапе развития является регуляция правильной дифференцировки тканей, прежде всего нервной, сердечно-сосудистой и опорно-двигательной систем. Для развития головного мозга гормоны щитовидной железы имеют особо важное значение как у плода, так и в первые годы жизни ребенка. Поэтому плод, новорожденные и младенцы наиболее чувствительны к дефициту йода [12–15].
   При дефиците потребления йода происходит “избыточная” хроническая стимуляция щитовидной железы вследствие повышения уровня тиреотропного гормона (ТТГ) в пределах нормального диапазона в сочетании с относительной гипотироксинемией: неадекватно низким приростом общего тироксина в I триместре беременности в связи с сопутствующим нарастанием в сыворотке крови уровня тироксинсвязывающего глобулина. При этом концентрация свободного тироксина (свТ4) примерно у каждой третьей женщины даже в условиях легкой йодной недостаточности находится на нижней границе нормы [16].
   В публикациях последних лет именно с гестационной гипотироксинемией связывают как риск патологического течения беременности и родов у матери, так и серьезную угрозу нарушений состояния плода и здоровья ребенка, в первую очередь его нервно-психического развития в йододефицитных регионах [17–20].
   V.Pop и соавт. установили повышенный относительный риск [7, 12] снижения показателя умственного развития (IQ-индекс <85%) у детей, родившихся от матерей с гестационной гипотироксинемией [21]. По нашим данным, гестационная гипотироксинемия существенно увеличивает риск формирования осложнений беременности и родов, гипогалактии у матерей, нарушений состояния плода и здоровья новорожденного. Дети первого года жизни от матерей с гестационной гипотироксинемией отличаются меньшими показателями длины и массы тела, достоверно более высоким относительным риском (в 1,3–4,5 раза) нарушений ранней неонатальной адаптации и развития анемии, гипотрофии, заболеваний органов дыхания, аллергодерматозов, перинатального поражения центральной нервной системы [22].
   В настоящее время авторитетными зарубежными тиреоидологами пересмотрены в сторону увеличения оптимальные уровни потребления йода критическими группами населения с целью предотвращения йододефицитных заболеваний: беременным женщинам рекомендовано ежедневно потреблять 250–300 мкг, кормящим – 225–350 мкг йода, при этом медиана йодурии у них должна находиться в пределах 150–230 мкг/л [20, 23].
   Учитывая наличие йодного дефицита на всей территории РФ и микронутриентную недостаточность у большинства населения, ведущие нутрициологи, акушеры-гинекологи, педиатры уже в течение ряда лет рекомендуют женщинам непрерывный прием йодосодержащих монопрепаратов или витаминно-минеральных комплексов на протяжении всего периода беременности и кормления грудью [6, 13, 17].
   Однако в России за последние 5 лет не снижается патология у беременных женщин, напротив, отмечается ее существенный рост. В 2003 г. анемия диагностирована у 41,8%, гестозы – у 22,4% беременных, а показатель нормальных родов остается относительно низким – 32,2% [24].
   Аналогичная ситуация наблюдается и в Саратовской области: по официальным статистическим данным (уч. ф. №32), практически не снижается число женщин с осложненным течением беременности (1999 г. – 80,4%; 2003 г. – 72,2%), в том числе с анемиями (1999 г. – 53%; 2003 г. – 41,7%), гестозами (1999 г. – 20%; 2003 г. – 22,1%), а показатель нормальных родов стабильно низкий (1999 г. – 26,1%; 2003 г. – 26,3%). Возросло число беременных с заболеваниями щитовидной железы (1999 г. – 12,7%; 2003 г. – 16,1%).
   Возможно, неудовлетворительные показатели состояния здоровья беременных женщин связаны наряду с другими причинами с нерациональным питанием, дефицитом в пище не только микронутриентов, но и белка, полиненасыщенных жирных кислот, пищевых волокон, содержание которых в составе рациона различных групп населения России на 15–35% ниже оптимального [25, 26].
   Очевидна необходимость детального исследования фактического пищевого рациона, микронутриентного статуса беременных женщин в различных регионах РФ и обоснования оптимальных методов их коррекции.
   Целью работы явилось изучение стереотипов питания, а также динамики микронутриентного и тиреоидного статуса беременных женщин в йододефицитном регионе на фоне коррекции пищевого рациона и профилактики витаминно-минеральной недостаточности.   

Материалы и методы
   
Проанкетированы 230 акушеров-гинекологов Саратова и области – региона среднетяжелого йодного дефицита. Целью анкетирования врачей было суммирование представлений по проблемам питания и способам профилактики микронутриентной недостаточности у беременных и кормящих женщин, превалирующих среди медицинских работников региона.
   Изучение фактического рациона питания методом регистрации количества потребленной пищи [1], исследование микронутриентного и тиреоидного статуса проведено у 80 практически здоровых женщин, обратившихся в женские консультации для постановки на учет в I триместре беременности. Критериями включения женщин в исследование были отсутствие тяжелых хронических заболеваний, тиреоидной патологии и невынашивания беременности в анамнезе, а также факторов риска развития железодефицитной анемии [27].
   После первичного обследования методом "случайной выборки" беременные были распределены на 2 группы по 40 человек.
   Женщинам 1-й группы (основной) назначено сбалансированное питание, включающее 60–110 г белков, 50–70 г жиров, 325–450 г углеводов и оптимальное количество богатых витаминами продуктов, общей энергоценностью 2200–2800 ккал/сут с учетом сроков беременности. Были даны конкретные рекомендации по количеству потребляемых ежедневно мяса, рыбы, молочных продуктов, хлеба, круп, животных и растительных жиров, овощей, фруктов, ягод в зависимости от роста и массы тела, трофологического статуса и двигательной активности [28]. В качестве йодной профилактики каждой женщине был назначен йодомарин 200 по 1 таблетке в день после завтрака. Кроме того, с целью профилактики врожденных пороков развития плода женщинам 1-й группы было рекомендовано принимать по 1 мг фолиевой кислоты в день.
   Беременным 2-й группы (сравнения) конкретных рекомендаций по питанию не давалось, они продолжали употреблять привычные им продукты. Женщинам этой группы был назначен прием витаминно-минерального комплекса, содержащего 13 витаминов и 10 минералов, в том числе 150 мкг йода, 60 мг железа, 800 мкг фолиевой кислоты, 2500 МЕ витамина А и 2500 МЕ b-каротина в 1 таблетке (суточной дозе). Выбор данного препарата обусловлен тем, что по результатам анкетирования более 80% акушеров-гинекологов Саратова рекомендуют беременным профилактический прием именно этого витаминно-минерального комплекса.
   Микронутриентный статус женщин оценивали по содержанию витаминов А, С, Е, В1, В2 и эссенциальных минералов (кальций, магний, железо, марганец, медь, селен, цинк) в крови на ранних сроках беременности и на фоне коррекции витаминно-минеральной недостаточности.

Таблица 1. Представления акушеров-гинекологов о принципах питания и профилактики микронутриентного дефицита у беременных женщин

Результаты анкетирования

Число врачей, %

Рекомендуют беременным принимать йодосодержащие монопрепараты или витаминно-минеральные комплексы

98,3

Дают беременным женщинам советы по питанию,

97,4

в том числе общего, неконкретного характера

77

Не смогли перечислить клинико-лабораторные критерии белковой недостаточности

53

Не дают беременным рекомендаций по коррекции дефицита белка в питании

89,1

Таблица 2. Сравнительная характеристика беременных женщин, получавших рациональное питание и йодомарин 200 (1-я группа) и витаминно-минеральный комплекс (2-я группа)

Показатель

Группа 1 (n=40)

Группа 2 (n=40)

Возраст, лет

25,6±0,3

24,9±0,5

Число предшествовавших беременностей

2,4±0,2

2,6±0,2

Число предшествовавших родов

0,5±0,08

0,4±0,1

Отягощенный акушерский анамнез (1–3 медицинских аборта), %

52,5

55,0

Хронические заболевания вне обострения, %

47,5

45,0

Примечание. Для всех показателей p>0,1.

Таблица 3. Показатели обеспеченности витаминами беременных женщин в зависимости от пищевого рациона

Показатель

Группа 1 (n=40)

Группа 2 (n=40)

Норма

ранние сроки беременности

на фоне коррекции питания и приема йодомарина 200

ранние сроки беременности

на фоне приема витаминно-минерального комплекса

M±m

% с уровнем ниже нормы

M±m

% с уровнем ниже нормы

M±m

% с уровнем ниже нормы

M±m

% с уровнем ниже/выше нормы

Витамин А, мкмоль/л

1,06±0,04

55

1,6±0,09

-

1,04±0,04

52,5

1,7±0,09

0/20

1–2,5

Витамин Е, мкмоль/л

16,3±0,4

85

20,2±0,6*

-

16,5±0,2

87,5

20,9±0,4*

5/0

19–23

Витамин С, мкмоль/л

37,8±0,3

80

53,9±0,4**

-

38,9±0,5

82,5

55,1±1,2**

-

40–70

Витамин В1, нмоль/л

24,9±0,4

97,5

34,4±0,4*

-

27,3±0,6

92,5

35,2±1,1**

15/0

30–45

Витамин В2, нмоль/л

12,2±0,2

87,5

17,2±0,4*

-

12,4±0,6

90

20,9±1,6**

7,5/0

13,6–40,9

Примечание. Достоверность различий относительно ранних сроков беременности, * – p<0,05; ** – p<0,01.

Таблица 4. Показатели обеспеченности микроэлементами беременных женщин в зависимости от пищевого рациона

Показатель

Группа 1 (n=40)

Группа 2 (n=40)

Норма

ранние сроки беременности

на фоне коррекции питания и приема йодомарина 200

ранние сроки беременности

на фоне приема витаминно-минерального комплекса

M±m

% с уровнем ниже нормы

M±m

% с уровнем ниже нормы

M±m

% с уровнем ниже нормы

M±m

% с уровнем ниже/выше нормы

Кальций, мг/л

60,8±1,7

-

63,8±1,3

-

61,2±1,3

-

64,2±1,3

-

59–65

Магний, мг/л

34,3±0,7

-

36,8±0,6

-

33,3±0,7

-

37,5±1,2

-

32–38

Медь, мг/л

1,03±0,3

-

0,99±0,3

5

0,97±0,1

-

0,8±0,2

25/0

0,8–1,3

Железо, мг/л

454,0±11,9

7,5

462,5±7,8

5

460,4±8,4

-

499,2±21,0*

0/45

310–520

Марганец, мг/л

0,01±0,003

-

0,01±0,001

-

0,01±0,004

-

0,01±0,003

-

0,008-0,02

Селен, мг/л

0,2±0,06

-

0,18±0,03

-

0,18±0,02

-

0,19±0,04

-

0,06–0,2

Цинк, мг/л

5,57±0,2

10

5,7±0,6

7,5

5,59±0,2

-

6,1±0,3

15/0

4,4–8,6

Примечание. * – достоверность различий относительно ранних сроков беременности и с показателями у женщин 2-й группы во 2-й половине беременности, p<0,01.

Таблица 5. Функциональное состояние щитовидной железы у беременных женщин в зависимости от вида йодной профилактики

Срок беременности

ТТГ, мЕд/л

свТ4, пмоль/л

группа 1(йодомарин 200), n=40

группа 2 (150 мкг йода), n=40

группа 1(йодомарин 200), n=40

группа 2 (150 мкг йода), n=40

I триместр

0,85±0,2

0,9±0,4

14,8±0,6

15,4±0,3

III триместр

1,1±0,2

1,3±0,5

14,3±0,3

13,8±0,5

Примечание. Для всех показателей p>0,1.

Таблица 6. Динамика объема щитовидной железы у беременных женщин в зависимости от вида йодной профилактики

Срок беременности

Объем щитовидной железы, мл

группа 1 (получали йодомарин 200), n=40

группа 2 (получали 150 мкг йода), n=40

I триместр беременности

14,3±2,4

13,8±1,4

II триместр беременности

15,6±1,6

15,7±1,5

Динамика объема между I и III триместрами беременности

+1,3 мл (9,1%)

+1,9 мл (13,8%)

Примечание. Для всех показателей p>0,1.

Таблица 7. Течение беременности и родов у женщин в зависимости от вида йодной профилактики

Течение беременности и родов

Группа 1 (получали йодомарин 200), n=40

Группа 2 (получали 150 мкг йода), n=40

Отношение шансов (95% ДИ)

c2

p

Патологическое

19 (47,5%)

29 (72,5%)

2,91 (1,04–8,26)

4,22

0,04

Нормальное

21 (52,5%)

11 (27,5%)

     

Таблица 8. Течение беременности и родов у женщин в зависимости от уровня свТ4 в I триместре

Течение беременности и родов

Группа 1 (свТ4<12 пмоль/л), n=26

Группа 2 (свТ4>12 пмоль/л), n=54

Отношение шансов (95% ДИ)

c2

p

Патологическое

22 (84,6%)

31 (57,4%)

4,08 (1,11–16,26)

4,66

0,03

Нормальное

4 (15,4%)

23 (42,6%)

     

   Содержание витаминов А и Е в сыворотке крови определяли одновременно флюорометрическим методом [29]. Концентрацию витамина С определяли методом визуального титрования реактивом Тильманса, витамина В2 – по Берчу, Бессею и Лоури, витамина В1 – по Вангу и Харрису [5, 30]. Исследование витаминов в крови проведено на кафедре биохимии и биофизики Саратовского государственного университета.
   Исследование содержания минералов в крови женщин проведено в Центре биотической медицины (дир. – проф. А.В.Скальный, Москва) методами атомно-эмиссионной спектрометрии и масс-спектрометрии с индуктивно связанной плазмой [31].
   Йодное обеспечение и морфофункциональное состояние щитовидной железы у женщин обеих групп изучали по медиане йодурии, результатам УЗИ щитовидной железы, определения уровней свТ4, ТТГ, антител к тиреопероксидазе (АТ ТПО) в сыворотке крови.
   Экскрецию неорганического йода в разовой порции мочи определяли церий-арсенитовым методом и оценивали спектрофотометрически по результатам реакции Saundell–Kolthoff в лаборатории клинической биохимии Эндокринологического научного центра РАМН (Москва). Оптимальными значениями медианы йодурии у беременных считали ее диапазон в пределах 150–230 мкг/л мочи [20, 23].
   УЗИ щитовидной железы выполняли сканером "Aloka SSD 1200" с линейным датчиком частотой 7,5 МГц в режиме реального времени. Нормальным для женщин считали тиреоидный объем, равный 9–18 мл, рассчитанный по формуле J.Brunn и соавт. (1981 г.).
   Уровни ТТГ (норма – 0,23–3,4 мЕд/л), свТ4 (норма – 10– 25 пмоль/л) и АТ ТПО (норма – <40 мЕд/л) в сыворотке крови женщин определяли иммуноферментным методом на автоматическом анализаторе "Bio-RAD 550" (США) с помощью тест-систем производства ЗАО "АлкорБИО" (Санкт-Петербург).
   Ультразвуковые, гормональные и иммунологические исследования проведены в отделении лучевой диагностики и клинико-диагностической лаборатории Саратовского областного центра планирования семьи и репродукции.
   Статистическая обработка фактического материала выполнена на ПЭВМ с применением программы Microsoft Excel 7.0a, а также при помощи пакетов прикладных программ Statistica 6.0 и Epi Info 6 (версия 5.04b) с использованием параметрических и непараметрических методов статистики, критериев достоверности t Стьюдента и c2 с учетом поправки Йетса при оценке риска. Расчет отношения шансов (odd ratio) и 95% доверительного интервала (ДИ 95%) проводился по общепринятой в эпидемиологической статистике формуле [32]. Критический уровень значимости при проверке статистических гипотез принимался равным 0,05.   

Результаты и обсуждение
   
Анкетирование врачей показало, что при постановке на учет в женской консультации беременные в 98,3% случаев получают рекомендации принимать йодосодержащие монопрепараты или витаминно-минеральные комплексы. Практически все врачи (97,4%) дают женщинам советы по питанию. Однако 77% респондентов указали, что их рекомендации носят общий, неконкретный характер, мотивируя это отсутствием наглядных материалов, нехваткой времени либо недостаточными знаниями. 53% врачей не смогли перечислить какие-либо клинико-лабораторные критерии белковой недостаточности, а 89,1% признали, что они не дают рекомендаций беременным женщинам по коррекции дефицита белка в питании (табл. 1).
   Таким образом, подавляющее большинство акушеров-гинекологов считают необходимым назначение беременным женщинам витаминно-минеральных препаратов с целью профилактики микронутриентной недостаточности, но не уделяют должного внимания коррекции их пищевого рациона.
   При регистрации количества потребленной пищи на ранних сроках беременности установлено, что 60% женщин не употребляли достаточного количества белковых продуктов, а 80% – овощей и фруктов. Кроме того, в их рационе крайне недостаточным было потребление молочных продуктов и свежей зелени. Фактическое питание беременных было нерациональным, с избытком легкоусвояемых углеводов, животных жиров и общей калорийности рациона (бутерброды со сливочным маслом, пирожные, мороженое, печенье, оладьи, блинчики, майонез, сладкие газированные напитки). Ни одна из обследованных женщин не получала предгравидарную подготовку (йодная профилактика, фолиевая кислота и пр.).
   Использование принципов доказательной медицины (предварительная стратификация по основным прогностическим признакам течения беременности, а также распределение женщин методом "случайной выборки" на получающих рациональное питание в сочетании с йодомарином 200 и принимающих витаминно-минеральные препараты) позволили сформировать сопоставимые группы беременных (табл. 2), а следовательно, проводить корректное сравнение анализируемых показателей.
   При изучении микронутриентного статуса установлено, что на ранних сроках беременности у 52,5–97,5% женщин содержание витаминов в крови было ниже нормы. При динамическом контроле через 3 мес, как на фоне сбалансированного питания, так и у принимающих витаминно-минеральный комплекс женщин среднее содержание витаминов в крови нормализовалось. Однако у женщин 2-й группы в 5–15% случаев сохранялся легкий дефицит витаминов в крови. Кроме того, у 20% беременных этой группы выявлено повышение содержания витамина А в крови в 1,5–2 раза относительно верхней границы нормы, чего не наблюдали у женщин 1-й группы (табл. 3).
   По нашему мнению, сохранение дефицита витаминов в крови у части беременных, принимавших витаминно-минеральный комплекс, можно связать с нерациональным питанием. В то же время суммарное потребление ретинола и b-каротина с пищей и в составе витаминно-минерального препарата обусловило превышение концентрации витамина А в крови у каждой пятой женщины.
   Концентрация исследованных эссенциальных макро- и микроэлементов в крови у подавляющего большинства женщин на ранних сроках беременности была нормальной.
   На фоне рационального питания и приема йодомарина 200 у всех женщин 1-й группы содержание минералов в крови оставалось в пределах нормы.
   У женщин, принимавших витаминно-минеральный комплекс, достоверно выше был средний уровень железа в крови по сравнению с ранними сроками беременности, а также его концентрацией у женщин основной группы во 2-й половине беременности. Причем, 45% беременных 2-й группы имели избыточное содержание железа в крови, сочетающееся в 25% случаев с дефицитом меди и у 15% – с дефицитом цинка (табл. 4).
   Существенной особенностью микроэлементного статуса в группах наблюдавшихся женщин была динамика йодурии. Исходно в обеих группах медиана йодурии была низкой: 48 и 47,5 мкг/л соответственно, что характерно для среднетяжелого йодного дефицита. Во 2-й половине беременности только в группе женщин, получавших йодомарин 200, медиана йодурии достигла уровня 208 мкг/л, превысив целевое значение, равное 180 мкг/л, которое рекомендуется с целью предотвращения гестационной гипотироксинемии [20].
   У женщин, получавших 150 мкг йода в составе витаминно-минерального комплекса, медиана йодурии была равна 126,4 мкг/л, что по современным представлениям недостаточно для предупреждения гестационной гипотироксинемии на поздних сроках беременности.
   Уровень ТТГ у женщин обеих групп в I триместре беременности был в пределах нормы. Уровень свТ4 у 32,5% (26 из 80) беременных до начала йодной профилактики был относительно низким, т.е. менее 12 пмоль/л (10,3–11,4 пмоль/л).
   Во 2-й половине беременности у женщин сравниваемых групп средняя концентрация ТТГ и свТ4 в крови оставалась нормальной и не имела достоверных различий (табл. 5).
   Ни у одной из 80 наблюдавшихся женщин не отмечено симптомов медикаментозного гипертиреоза, аллергических реакций, а уровень АТ ТПО в сыворотке крови в течение беременности не превышал референтные значения используемых тест-наборов, что свидетельствует о безопасности применявшихся профилактических доз йода.
   Тиреоидный объем у женщин обеих групп на фоне йодной профилактики к концу беременности несущественно увеличился – в среднем на 9,1–13,8% (табл. 6), что говорит о небольшом физиологическом приросте объема щитовидной железы у беременных в условиях адекватного йодного обеспечения [16, 17].
   Однако у 7,5% женщин, получавших 150 мкг йода в сутки, во 2-й половине беременности развилась явная гипотироксинемия (уровень свТ4<10 пмоль/л).
   Следовательно, ежедневный прием беременной женщиной 150–200 мкг йода позволяет предотвратить гестационный зобогенез. Однако для надежного предотвращения гестационной гипотироксинемии беременным женщинам необходимо принимать не менее 200 мкг йода/сут.
   С позиций доказательной медицины основным критерием оценки клинического исследования является истинный клинический исход профилактического или лечебного вмешательства [32]. Эффективность применявшихся в нашем исследовании способов йодной профилактики оценивали по частоте осложнений беременности и родов в наблюдавшихся группах женщин.
   Установлена существенно более высокая эффективность ежедневного применения 200 мкг калия йодида по сравнению со 150 мкг йода. Частота патологического течения беременности и родов у беременных, получавших йодосодержащий витаминно-минеральный комплекс, была достоверно выше, чем у женщин, принимавших йодомарин 200: 72,5% против 47,5% (p<0,05); отношение шансов – 2,91 (табл. 7).
   Учитывая существенное число женщин, имевших в I триместре беременности относительно низкий уровень свТ4 (26 или 32,5%), и их равномерное распределение между наблюдаемыми группами (1-я группа – 14 пациенток, 2-я группа – 12 женщин), проведено также сравнение течения беременности и родов в зависимости от исходной концентрации свТ4. Риск развития осложнений беременности и родов оказался достоверно выше у женщин, имевших в I триместре уровень свТ4<12 пмоль/л: 84,6 и 57,4% соответственно (p<0,05); отношение шансов – 4,08 (табл. 8).
   Таким образом, проведенное нами исследование позволило доказать, что в регионе среднетяжелого йодного дефицита беременным женщинам необходим ежедневный прием не менее 200 мкг йода (1 таблетка йодомарина 200) с целью надежной профилактики гестационной гипотироксинемии и ассоциированных с ней осложнений течения беременности и родов.
   Низкое йодное обеспечение и дефицит витаминов в крови подавляющего большинства женщин на ранних сроках беременности обусловливают необходимость обязательного проведения предгравидарной подготовки.
   Установлено, что рациональное питание позволяет нормализовать витаминную обеспеченность беременных и по эффективности не уступает витаминно-минеральным добавкам. Прием витаминно-минеральных комплексов с достаточно высоким содержанием витамина А и железа может обусловить в ряде случаев повышенный уровень этих микронутриентов в крови, а также снижение концентрации меди и цинка, что необходимо учитывать врачам при назначении беременным и кормящим женщинам профилактического приема препаратов для коррекции микронутриентной недостаточности.   

Литература
1. Мартинчик А.Н., Маев И.В., Петухов А.Б. Питание человека (основы нутрициологии). М., 2002.
2. Тутельян В.А., Спиричев В.Б., Шатнюк Л.Н. Вопр. питания. 1999; 1: 3–11.
3. Gibson RS. Principal of nutritional assessment. N.Y.: Oxford Press., 1999.
4. Авцын А.П., Жаворонков А.А., Риш М.А., Строчкова Л.С. Микроэлементозы человека: этиология, классификация, органопатология. М., 1991.
5. Спиричев В.Б., Коденцова В.М., Вржесинская О.А. и др. Методы оценки витаминной обеспеченности населения. М., 2001.
6. Щеплягина Л.А. Рус. мед. журн. 2001; 9 (19): 812–6.
7. Курбанов Д.Д., Амонов И.И. Акуш. и гин. 2004; 4: 23–5.
8. Дедов И.И., Свириденко Н.Ю. Пробл. эндокринол. 2001; 6 (6): 3–12.
9. Assessment of Iodine Deficiency Disorders and Monitoring their Elimination. WHO/NUT. World Health Organization, Geneva, 2001.
10. Щеплягина Л.А., Макулова Н.Д., Маслова О.Н. Рус. мед. журн. 2002; 10 (7): 358–63.
11. Bernal J. Biofactors 1999; 10 (2–3): 271–7.
12. Коваленко Т.В. Здоровье и развитие детей, рожденных в условиях зобной эндемии: Автореф. дис. ... докт мед. наук. М., 2000.
13. Шилин Д.Е. Гинекология. 2000; 2 (6): 173–6.
14. Haddow JE, Pоlomaki GE, Allan WC et al. New Engl J Med 1999; 341: 549–55.
15. Hetzel BS. J Nutr 2000; 130 (2): 493–5.
16. Glinoer D. The thyroid and iodine. Ed. J.Nauman, D.Glinoer, L.E.Braverman, U.Hostalek. Stuttgart: Schttauer, 1996; P. 129–43.
17. Фадеев В.В., Лесникова С.В., Мельниченко Г.А. Клин. тиреоидология. 2003; 1 (2): 17–31.
18. Evans IM, Sinha AK, Pickard MR et al. J Endocr 1999; 161: 273–9.
19. Glinoer D, Delange F. Thyroid 2000; 10: 871–7.
20. Morreale de Escobar G, Escobar del Rey F, Obregon MJ. Hot Thyroidolody (www.hotthyroidolody.com). 2002; 2.
21. Pop VJ, Kuipens JL, van Baar AL et al. Clin Endocrinol 1999; 50: 149–55.
22. Курмачева Н.А. Профилактика йодного дефицита у детей первого года жизни (медико-социальные аспекты): Автореф. дис. … докт мед. наук. М., 2003.
23. Delange F. Int J Endocrinol Metab 2004; 2 (1): 1–12.
24. Фролова О.Г., Токова З.З. Акуш. и гин. 2005; 1: 3–6.
25. Васильев А.В., Хрущева Ю.В. Клин. диетология. 2004; 1 (1): 4–13.
26. Рекомендуемые уровни потребления пищевых и биологически активных веществ: Методические рекомендации. М.: Федеральный центр госсанэпиднадзора Минздрава России, 2004.
27. Шехтман М.М. Гинекология. 2004; 6 (4): 204–10.
28. Хорошилов И.Е., Тиканадзе А.Д., Марчак А.А. Лечебное питание беременных и кормящих женщин: нутриционная поддержка. Петрозаводск, 2001.
29. Черняускене Р.Ч., Варшкявичене З.З. Лаб. дело. 1987; 5: 362–5.
30. Медицинские лабораторные технологии и диагностика: справочник в 2 томах. Под ред. Карпищенко А.И. С.Пб., 1999.
31. Скальный А.В. Химические элементы в физиологии и экологии человека. М., 2004.
32. Флетчер Р., Флетчер С., Вагнер Э. Клиническая эпидемиология: Основы доказательной медицины. Пер. с англ. М.,1998.



В начало
/media/gynecology/05_01/13.shtml :: Sunday, 19-Jun-2005 20:48:28 MSD
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster