Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

СЕРДЕЧНАЯ НЕДОСТАТОЧНОСТЬ  
Том 2/N 1/2001 ОТ РЕДАКЦИИ

Памяти академика РАМН В.А. Алмазова


   Ушел из жизни светлый человек – Владимир Андреевич Алмазов. Он покинул этот мир после короткой тяжелой болезни, лишний раз подтвердив своим уходом печальную истину о том, что медицина, к великому сожалению, не всесильна. Но то, что Владимир Андреевич успел совершить за время своей недолгой жизни, укрепило нас, сделало сильнее в вечной борьбе со смертью.
   Ему было всего 69 лет. Для многих – это возраст заслуженного отдыха. Владимир Андреевич трудился до последних дней. Работа была смыслом и способом его существования. Сделанного им с лихвой хватило бы на несколько жизней: более 350 научных работ, в том числе 25 монографий и учебников, множество докладов и сообщений на самых престижных научных форумах, 60 подготовленных кандидатов и 24 доктора медицинских наук. Приближаясь к своему 70-летию, Владимир Андреевич Алмазов – ученый с мировым именем – не утратил юношеского интереса к профессии. Он обладал прекрасной памятью, азартно впитывал новые знания и щедро делился ими с коллегами. Он ушел от нас на пике своей творческой активности, полный неосуществленных планов. В сущности, он умер молодым.
   Владимир Андреевич был убежден, что организационных способностей у него нет. Но как объяснить, что кафедра факультетской терапии 1-го Ленинградского медицинского института (ныне – Санкт-Петербургского государственного медицинского университета), которую он возглавил в 1972 году, в последующем расцвела ярким букетом талантливых врачей, педагогов и исследователей, сохранивших и приумноживших традиции, заложенные Г.Ф.Лангом и Т.С.Истамановой? Как объяснить, что научно-исследовательский институт кардиологии, созданный в 1980 году на базе городского кардиологического диспансера, под его руководством превратился в крупный научно-клинический центр Северо-Запада России? Владимир Андреевич считал, что ему просто повезло – на кафедру и в институт пришли умные и инициативные люди…
   Он был поразительно скромным человеком, лишенным и тени чванства, самодовольства, надменности. Его обходы и консультации, во время которых он нередко поражал даже хорошо знавших его сотрудников фантастической профессиональной эрудицией, всегда проходили просто, по-деловому, без помпы и театральности. У него – академика РАМН и главного кардиолога Санкт-Петербурга – не было приемных часов. Сотрудники НИИ и кафедры, другие посетители (а их было немало) могли обратиться к нему практически в любое время его рабочего дня. Для решения так называемых личных вопросов своих коллег и пациентов он откладывал срочные и подчас весьма важные дела. А как он умел слушать собеседника! С неизменным доброжелательным интересом, уважительно, не перебивая. Каждый, кому довелось говорить с Владимиром Андреевичем, ощущал, что его не просто слушают, но – слышат.
   Во Владимире Андреевиче удивительным образом сочетались деликатность и требовательность. Он очень внимательно относился к научным работам и публичным выступлениям своих сотрудников. Его замечания обычно были скупыми, но чрезвычайно точными. Даже негативную оценку результатов чужого труда (что случалось крайне редко) Владимир Андреевич высказывал в такой форме, что она не только не унижала достоинства человека, но неизменно вызывала у него стремление исправить ошибки.
   Те, кому посчастливилось слушать лекции Владимира Андреевича, никогда не забудут его манеру изложения – неповторимый сплав голосовых модуляций, жестов и, конечно же, самого озвученного текста, логически выстроенного, точного и емкого. У него не было одинаковых лекций – каждое последующее выступление на ту же тему обязательно дополнялось новыми, нередко еще никому из слушателей не известными данными. Ему удавалось просто, но не примитивно рассказать о самых сложных проблемах кардиологии, рассказать так, что его лекции были одинаково интересны и студентам, и опытным врачам.
   Принуждение как способ достижения руководителем желаемой цели было ему абсолютно чуждо. Он никогда никого не заставлял работать и никогда ничего не требовал. Но рядом с ним работать на уровне ниже своих возможностей было стыдно. Было стыдно положить на его стол сырую статью, показать недообследованного больного, сделать неряшливое сообщение, плохо подготовиться к лекции.
   Для своих учеников Владимир Андреевич был прежде всего нравственным камертоном. Счастливы те из нас, кто услышал этот чистый звук, блаженны те, кто сумеет сохранить его в своем сердце.
   Ушел Владимир Андреевич Алмазов. Тихо, стараясь никого не потревожить, он притворил за собой дверь в небытие. Нам еще предстоит осознать значение этой утраты. Но уже сегодня мы с горечью понимаем: заместить Владимира Андреевича можно, заменить – никогда.   

Ученики академика РАМН В.А. Алмазова



В начало
/media/heart/01_01/42.shtml :: Wednesday, 11-Apr-2001 20:34:58 MSD
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster