Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

ПСИХИАТРИЯ И ПСИХОФАРМАКОТЕРАПИЯ  
Том 06/N 3/2004 ОТКРЫТАЯ ТРИБУНА

Применение пиразидола при лечении депрессивных расстройств у пациентов соматического стационара


Л.В.Ромасенко, Т.Н.Тихонова

ГНЦ ССП им. В.П.Сербского, Москва

Несмотря на большое количество антидепрессантов с различными механизмами действия, различной антидепрессивной активностью, выбор препарата для лечения депрессии у соматических больных достаточно сложен. Идеальный антидепрессант при лечении депрессии, коморбидной с соматическим заболеванием, должен быть эффективным, безопасным, легко переносимым, совместимым с соматотропными препаратами, а также экономически доступным для пациента. Всем этим требованиям наиболее соответствует хорошо известный и апробированный отечественный антидепрессант пиразидол (пирлиндол), разработанный во ВНИИХФИ (М.Д.Машковский, Н.И.Андреева, 1975). Пиразидол широко использовали в психиатрической практике с середины 70-х годов ХХ века. Согласно исследованиям отечественных психиатров пиразидол – антидепрессант с балансирующим влиянием при лечении различных вариантов депрессии. По своей терапевтической активности пиразидол относили к "большим" антидепрессантам, сравнимым по тимоаналептическому эффекту с мелипрамином и амитриптилином (Г.Я.Авруцкий и соавт.,1988). Наряду с этим было установлено, что пиразидол лишен холинолитических побочных явлений и осложнений, наблюдаемых при применении трициклических антидепрессантов. Это обстоятельство усилило значимость пиразидола в лечении депрессивных состояний у больных с соматической патологией, физически ослабленных лиц, при глаукоме, аденоме предстательной железы (Г.Я.Авруцкий, В.В.Громова, С.Г.Зайцев, 1975; Р.Г.Голодец и соавт., 1987, и др.). Незаменим пиразидол и в детской психиатрической практике (Ю.Ф.Андропов, 2002). Анализ представленных клинико-фармакологических характеристик пиразидола позволяет утверждать, что этот препарат является оригинальным и не имеет аналогов, несмотря на широкий выбор высокоэффективных антидепрессантов.
   Возобновление производства пиразидола является, безусловно, своевременным и важным событием для отечественной психиатрии.
   Цель настоящего исследования – изучение эффективности и переносимости пиразидола при лечении депрессий у больных терапевтического стационара. В соответствии с поставленной целью были определены критерии отбора больных: наличие информированного согласия; соответствие состояния больного диагностическим критериям МКБ-10 для депрессивного расстройства (от легкого до умеренно выраженного) с суммой баллов по шкале депрессии Гамильтона 17 пунктов (не менее 14); возраст больных от 18 до 60 лет; допустимость использования контрацептивных препаратов женщинами детородного возраста, допустимость использования соматотропных препаратов. Критериями исключения из исследования являлись: беременность или период лактации, уменьшение общего балла по шкале Гамильтона более чем на 25% после периода "вымывания", продолжительность настоящего эпизода более 12 мес.
   Были исследованы 35 больных (10 мужчин и 25 женщин) в возрасте от 18 до 60 лет (средний возраст 45,2 года). Средняя продолжительность заболевания составила 5 лет (от 0,5 года до 20 лет), а последнего эпизода – от 1 до 2 мес. Все пациенты находились на обследовании и лечении в факультетской терапевтической клинике им. В.Н.Виноградова (дир. – член-корр. РАМН, проф. В.И.Маколкин).
   В результате проведенного обследования в соответствии с известными стандартами для больных с кардиальной и гастроэнтерологической патологией (электрокардиография, эхокардиография, велоэргометрия, суточное мониторирование электрокардиограммы по Холтеру, суточное мониторирование артериального давления, ультразвуковое исследование органов брюшной полости, гастроскопия, ирриго/колоноскопия, необходимые лабораторные исследования).
   У 12 пациентов были установлены терапевтические диагнозы: ишемическая болезнь сердца, стенокардия I–II функционального класса, атеросклеротический кардиосклероз с нарушениями ритма, декомпенсация сердечной деятельности 1–2-й степени, гипертоническая болезнь I–II степени; у 10 больных – эрозивный гастрит, хронический холецистит. У остальных 13 больных соматические расстройства оценены терапевтом как функциональные в рамках НЦД и синдрома раздраженной кишки.
   Основанием направления на консультацию к психиатру во всех случаях было несоответствие выраженности жалоб пациентов объективному их состоянию либо лечение у психиатра в анамнезе.
   У всех больных при обследовании психиатром было установлено наличие депрессивного расстройства: депрессивный эпизод (7 наблюдений), рекуррентное депрессивное расстройство (13), циклотимия, депрессивная фаза (5), расстройства адаптации (10 наблюдений). Выявленные депрессивные расстройства в 25 случаях были легкими (15–18 баллов по шкале НАМ-17), в 10 случаях – умеренно выраженными (20–22 балла НАМ-17).
   Структура депрессивных расстройств была представлена следующими клиническими синдромами: депрессия с соматоформными расстройствами (13 наблюдений), тревожная депрессия (14), астеническая депрессия (5), депрессия с тревожно-фобическими расстройствами (3 наблюдения).
   После периода недельного "вымывания" всем больным назначали пиразидол в суточной дозе от 50 до 100 мг (в зависимости от тяжести соматического состояния). Далее по необходимости дозу постепенно индивидуально повышали до 200–300 мг/сут. В двух наблюдениях из-за тяжелого соматического стояния доза пиразидола оставалась в пределах 75–100 мг/сут. В дальнейшем, если это было возможно, не применялись никакие другие психотропные средства (кроме исследуемого препарата). Поскольку выявленные депрессивные синдромы были атипичными, при лечении приходилось использовать малые нейролептики (сонапакс до 300 мг/сут, этаперазин до 6 мг/сут), а также транквилизаторы (реланиум 10–15 мг/сут, клоназепам до 2 мг/сут). Продолжительность исследования составила 4 нед.
   Исследование проведено методом клинического наблюдения с дополнительной оценкой состояния больных по шкале депрессии НАМ-17 (1, 7, 14, 28-й день терапии). Была проанализирована динамика выраженности отдельных групп признаков по НАМ-17, характеризующих собственно тимоаналептический эффект пиразидола, его анксиолитическое и стимулирующее действие, а также влияние на соматизацию. Помимо этого были использованы шкала общего клинического впечатления (GCI) и шкала оценки побочных действий. Все пациенты, включенные в группу исследования, после завершения исследования, продолжали принимать препарат в рамках проводимого курса лечения еще 6 нед.
   Эффективность препарата по шкале GCI, отражающей динамику тяжести состояния и глобальную эффективность терапии, была высокой. До начала терапии у всех больных, включенных в исследование, состояние оценивали как легкое или умеренно выраженное депрессивное расстройство. На 28-й же день терапии у 55% больных его оценили как "состояние нормальное, не болен", в 43% случаев – "состояние на границе нормы" и лишь в 2% случаев – "легкая степень выраженности".
   Данные, характеризующие глобальную эффективность в процессе терапии пиразидолом, свидетельствуют, что на 7-й день у 60% больных имело место незначительное улучшение состояния, у 40% – значительное улучшение; на 14-й день лечения – у 85% пациентов отмечено значительное и очень значительное улучшение состояния, у 15% – незначительное улучшение; на 28-й день лечения, как уже было сказано, наблюдали отчетливую терапевтическую редукцию депрессивной симптоматики.
   Высокая эффективность пиразидола при лечении депрессивных расстройств подтверждается данными динамики психопатологических симптомов, оцениваемых по НАМ-17. Общее значение шкалы Гамильтона, а также отдельных ее подшкал (тревога/соматизация, когнитивные расстройства, психомоторная ретардация, диссомния) показали существенную редукцию симптоматики в процессе терапии пиразидолом. Выраженность этих расстройств уменьшилась к концу терапии в 3 раза, менее выраженную обратную динамику (особенно в первые недели терапии) наблюдали в отношении диссомнии.
   Таким образом, выявлена редукция именно депрессивной симптоматики, сопровождавшейся как тревожными, так и астеническими и соматовегетативными нарушениями; можно говорить о сбалансированном антидепрессивном эффекте исследованного препарата.
   К концу терапии среднее общее значение шкалы депрессии Гамильтона составило 2 балла, что свидетельствовало об отсутствии депрессивных симптомов у большинства больных.
   Исследование переносимости пиразидола не выявило каких-либо побочных эффектов, однако, несмотря на сбалансированный характер тимоаналептического действия, нарушения сна у больных приходилось купировать дополнительным назначением транквилизаторов.
   В настоящем исследовании участвовали пациенты с верифицированной соматической патологией, как с субкомпенсированной (18 человек), так и с декомпенсированной (4 человек). У этих больных преобладали депрессии из круга расстройств адаптации. Нежелательных побочных эффектов, обусловленных взаимодействием с соматотропными препаратами, не наблюдали (использовали бета-блокаторы, блокаторы кальциевых каналов, антиаритмики, диуретики, сердечные гликозиды). При проведении контрольных исследований соматического состояния пациентов отмечена положительная динамика в соматическом и психическом состоянии больных; каких-либо побочных эффектов в связи с назначением пиразидола выявлено не было.
   Таким образом, результаты проведенного исследования свидетельствуют, что пиразидол является эффективным безопасным препаратом при лечении легких и умеренно выраженных депрессивных расстройств у соматически больных, а также астенических и соматизированных депрессий, наблюдаемых наиболее часто в общей соматической практике. Пиразидол не обладает кардиотоксическим эффектом, не вызывает диспепсических расстройств и может быть широко использован при лечении депрессии в общей медицинской практике.

Литература
1. Авруцкий Г.Я., Громова В.В., Зайцев С.Г. Журн. невропатол. и психиатр. 1975; 5: 734–41.
2. Авруцкий Г.Я., Недува А.А. Лечение психически больных. М., 1981.
3. Антропов Ю.Ф. Психосоматические расстройства у детей и подростков. Автореф. дис. ... д-ра мед. наук. М., 2002.
4. Голодец Р.Г., Сухотина Н.К. Журн. невропатол. и психиатр. 1987; 3: 413–7.
5. Машковский М.Д., Андреева Н.И. Журн. невропатол. и психиатр. 1975; 3: 430–5.



В начало
/media/psycho/04_03/133.shtml :: Wednesday, 04-Aug-2004 22:05:53 MSD
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster