Consilium medicum начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

СПРАВОЧНИК ПОЛИКЛИНИЧЕСКОГО ВРАЧА  
Том 03/N 3/2003 КАРДИОЛОГИЯ

Синдром Конна: клиника, дифференциальный диагноз и лечение


Н.М.Чихладзе, Н.В.Лебедева, Д.В.Чопикашвили, И.Е.Чазова

Институт клинической кардиологии им. А.Л. Мясникова РКНПК Минздрава РФ, Москва

Список сокращений
АГ – артериальная гипертония
АД – артериальное давление
АРП – активность ренина в плазме крови
ВА – вторичный альдостеронизм
ДОКА – дезоксикортикостерона ацетат
ИА – идиопатический альдостеронизм
КАП – концентрация альдостерона в плазме крови
ПА – первичный альдостеронизм
РААС – ренин-ангиотензин-альдостероновая система

   Более 45 лет назад, в 1955 г., американский хирург Д. Конн впервые описал клинический синдром под названием "первичный альдостеронизм" (ПА) – одну из редких форм симптоматической артериальной гипертонии (АГ) эндокринного генеза.
   ПА, называемый также по имени автора синдромом Конна, обусловлен избыточной секрецией минералокортикоидного гормона альдостерона аденомой ( альдостеромой ) коры надпочечника.
   Чаще всего альдостеромы – доброкачественные опухоли, однако в редких случаях выявляются карциномы, продуцирующие альдостерон.
   Важность своевременной диагностики ПА определяется тем, что эта форма АГ может быть излечена хирургическим путем: с удалением альдостеромы у большинства больных нормализуются секреция альдостерона и артериальное давление (АД).
   При дифференциальной диагностике и выборе метода лечения важно учитывать существование и других, неопухолевых (гиперпластических), форм гиперальдостеронизма, протекающих с АГ (T.Nishikawa, 2000).
   Характерной особенностью гиперальдостеронизма при альдостероме и гиперплазии коры надпочечников является низкая активность ренина в плазме крови (АРП), что позволяет объединить эти две формы в группу низкоренинового гиперальдостеронизма, распространенность которого, по данным разных авторов, составляет 0,5–4%.
   При дифференциальном диагнозе низкорениновых форм гиперальдостеронизма важно учитывать, что с низкой АРП протекает также особая форма эссенциальной АГ; вместе с тем продукция альдостерона при этой форме АГ в пределах нормы, а в коре надпочечников опухолевые или гиперпластические изменения не выявляются.
   Выделяют следующие основные формы низкоренинового гиперальдостеронизма у больных АГ: первичный (альдостерома или карцинома коры надпочечника); идиопатический (псевдопервичный) гиперальдостеронизм (диффузная двусторонняя гиперплазия коры надпочечников); дексаметазонзависимый; гиперальдостеронизм при эктопически расположенных опухолях.
   В клинической практике важно разграничивать больных с альдостеромой и гиперплазией коры надпочечников, что обосновывается различными подходами к их лечению: в отличие от опухолевых форм, при которых заболевание поддается успешной хирургической коррекции, в случаях с двусторонней гиперплазией клубочковой зоны коры надпочечников после адреналэктомии редко наблюдается ремиссия АГ.
   Клинические проявления синдрома Конна во многом сходны с другими формами гиперальдостеронизма, также протекающими с АГ, но этиологически не связанными с опухолью коры надпочечника, что затрудняет проведение дифференциального диагноза. Вместе с тем тщательный анализ симптомов и анамнеза заболевания позволяет выявить лиц с признаками гиперальдостеронизма и целенаправленно строить дальнейшую диагностику для выявления больных с синдромом Конна.
   Каждая форма гиперальдостеронизма имеет свои клинико-морфологические особенности и требует отдельного рассмотрения.
   Альдостерома – в большинстве случаев доброкачественная опухоль, чаще выявляемая у женщин в возрасте 30–50 лет. Описаны случаи выявления альдостером у детей. Более 90% альдостером – одиночные опухоли, в 5–9% случаев описано сочетание нескольких альдостером при одно- или двусторонней их локализации. У женщин альдостеромы чаще расположены в левом надпочечнике, а у мужчин – с одинаковой частотой с обеих сторон. В большинстве случаев альдостеромы не достигают больших размеров, чаще их масса не превышает 4 г, однако описаны альдостеромы и больших размеров.
   Клинические проявления заболевания обусловлены гиперальдостеронемией, гипокалиемией и самой артериальной гипертонией.
   Наиболее частые жалобы больных с гиперальдостеронизмом: мышечная слабость, часто пароксизмальная, парестезии, судороги, боли в мышцах (икроножных), в кистях рук и в пальцах стоп; эти симптомы часто возникают в ночные часы. Все перечисленные симптомы связаны с гипокалиемией и могут иметь непостоянный характер. Частыми жалобами также являются никтурия, полиурия, полидипсия, сухость во рту. Кроме того, жалобы могут быть связаны непосредственно с высоким АД : головная боль, кардиалгия.
   Помимо доброкачественных альдостером клинические проявления синдрома Конна в редких случаях могут быть обусловлены и злокачественными образованиями – карциномами (T.Yoshimoto, 2000). В дополнение к представленным классическим симптомам проявлениями злокачественных опухолей могут быть боли в животе, повышенная температура тела. Эти опухоли могут секретировать не только альдостерон, но и другие стероиды: 17-кето- и/или 17-гидростероиды, 18-гидроксикортикостерон, кортикостерон. Вместе с тем симптомы сопутствующего гиперкортицизма, вирилизации или феминизации крайне редки. В отличие от альдостером карциномы, секретирующие альдостерон, обычно бывают больших размеров, их масса может достигать 500 г. Однако описаны карциномы и небольших размеров, массой не более 30–100 г, но с признаками метастазирования.
   Злокачественные опухоли при синдроме гиперальдостеронизма протекают неблагоприятно, длительность жизни после удаления опухоли часто не превышает нескольких месяцев, реже – лет.
   Очень редко синдром ПА бывает связан с эктопической – вненадпочечниковой – локализацией опухоли: в яичниках, щитовидной железе.
   Неопухолевые формы гиперальдостеронизма также имеют клинико-биохимические проявления синдрома Конна. Такого рода клинико-морфологический вариант впервые был описан в 1967 г. В терминологическом определении низкоренинового гиперальдостеронизма на фоне двусторонней гиперплазии коры надпочечников до настоящего времени нет единодушия: применяются понятия "идиопатический альдостеронизм" (ИА), "псевдопервичный альдостеронизм",   а некоторые авторы объединяют опухолевые и гиперпластические формы под общим термином “первичный альдостеронизм”, хотя первичность ИА не представляется обоснованной.
   В большинстве случаев ИА представлен двусторонней гиперплазией коры надпочечников. В отличие от ПА, обусловленного альдостеромой, у этих больных хирургическое лечение (включая тотальную адреналэктомию) не приводит к гипотензивному эффекту. Морфологические изменения в коре надпочечников обычно сводятся к гиперплазии элементов клубочковой зоны и формированию микро- и макроузлов. ИА выявляется с одинаковой частотой как у мужчин, так и у женщин. АГ, особенно у лиц молодого возраста, часто имеет злокачественное течение.
   Описаны также случаи преимущественно односторонней гиперплазии и гиперфункции клубочковой зоны коры надпочечников при клинических проявлениях синдрома Конна. Эта патология именуется первичной гиперплазией коры надпочечника. Первичный генез данной патологии обосновывается ремиссией АГ и гиперальдостеронемии после односторонней адреналэктомии.
   Среди неопухолевых форм гиперальдостеронизма выделяют особую редкую патологию – глюкокортикоидзависимый гиперальдостеронизм (семейный гиперальдостеронизм I типа, или дексаметазонзависимый альдостеронизм), при котором отмечается ремиссия заболевания на фоне терапии дексаметазоном (M.Stowasser, 1995). В мировой литературе описано лишь несколько семей с этой тяжелой патологией, наследуемой по аутосомно-доминантному типу. Заболевание обусловлено генетическим дефектом – присутствием химерного гена, секреция альдостерона регулируется адренокортикотропным гормоном ( АКТГ ) и нормализуется на фоне терапии дексаметазоном, при этом нормализуется и АД. Патология диагностируется методом полимеразной цепной реакции длинных фрагментов.
   В клинической практике у больных АГ важно дифференцировать также формы вторичного альдостеронизма (ВА), протекающие с повышенной активностью ренина в плазме крови (АРП), что отличает их от рассмотренных форм гиперальдостеронизма с низкой АРП. При ВА избыточная продукция альдостерона является функциональной и вторичной чаще всего по отношению к первичным заболеваниям почек, почечных артерий, а также может сопутствовать ряду физиологических состояний организма.
   Среди причин, приводящих к развитию ВА, выделяют следующие:
   1. Симптоматические АГ, чаще злокачественного течения: при реноваскулярной патологии, феохромоцитоме, некоторых формах паренхиматозной почечной патологии, при опухоли почки, секретирующей ренин (рениноме), а также при гипертонической болезни.
   2. Физиологические и ятрогенные влияния:

    При ВА в коре надпочечников часто выявляются гиперпластические изменения, которые рассматриваются обычно как следствие длительной АГ.
   Наряду с АГ, избыточной продукцией альдостерона и повышенной АРП эта патология проявляется потерей калия с мочой, приводящей к гипокалиемии и связанным с ней клиническим симптомам.
   Наиболее яркой клинической формой ВА является редкое заболевание – первичный ренинизм – синдром Робертсона–Кихара (по имени авторов, впервые его описавших). Причиной заболевания является опухоль почки – ренинома, секретирующая ренин (J.Conn, 1972). Опухоль в большинстве случаев имеет доброкачественный характер, размеры ее 1,4–4 см, состоит из юкстагломерулярных клеток, богатых ренином. АРП достигает 25–27 нг/мл № ч и более. Клиническая картина заболевания определяется повышенной секрецией альдостерона и не отличается от таковой при других формах гиперальдостеронизма, что может приводить к диагностическим ошибкам, если АРП не исследуется. После удаления опухоли (тотальная или субтотальная нефрэктомия) в первые же дни и даже часы нормализуются АД, продукция ренина и альдостерона.
   Диагностические подходы к выявлению синдрома Конна разнообразны, среди них условно можно выделить "отборочные", позволяющие провести скрининг среди больных АГ с целью выявления лиц с синдромом гиперальдостеронизма. В качестве критериев отбора, не требующих привлечения сложных инструментальных методов, предлагают проанализировать клинические проявления заболевания, исследовать содержание калия в плазме крови, метаболические изменения по данным ЭКГ, мочевой синдром.
   Следует иметь в виду, что рассмотренные ранее характерные симптомы, связанные с гипокалиемией, могут носить непостоянный характер, а иногда даже отсутствовать на протяжении нескольких недель, что требует детального анализа анамнеза заболевания.
   Стойкая гипокалиемия (содержание калия в плазме ниже 3,6–3,8 ммоль/л) при условии, что исследованию не предшествовал прием диуретиков, наблюдается у большинства больных ПА. Вместе с тем следует учитывать, что частота выявления нормокалиемии при ПА может превышать 10%. Гипокалиемия может вызывать существенные изменения на ЭКГ: влиять на величину и направленность зубцов T и U, вызывать изменения ST и удлинение интервала QT. Однако следует помнить, что эти изменения на ЭКГ не всегда отражают истинную концентрацию калия в плазме. Гипокалиемия может провоцировать нарушения ритма сердца (чаще желудочковую экстрасистолию). Эти нарушения могут усугубиться на фоне приема диуретиков, указания на непереносимость которых (усиление мышечной слабости, судорог) часто встречаются в анамнезе у больных.
   Проба с верошпироном может быть использована для выявления связи электролитных нарушений с гиперальдостеронемией. При его приеме в дозе 250–300 мг /сут в течение 10–15 дней при всех формах гиперальдостеронизма увеличивается содержание калия в плазме, снижается АД. Таким образом, этот тест не является патогномоничным именно для альдостеромы, а свидетельствует лишь о связи заболевания с гиперпродукцией альдостерона.
   На фоне гипокалиемии у большинства больных с гиперальдостеронизмом развивается особый вид дистрофии канальцев почек – калийпеническая тубулопатия, в части случаев морфологические исследования почек свидетельствуют о наличии тубулоинтерстициального нефрита, может также наблюдаться нефроангиосклероз. У большинства больных снижена концентрационная функция почек, тогда как азотовыделительная функция остается сохранной.

Структура надпочечника

Причины первичного гиперальдостеронизма

 

Схема ренин-ангиотензин-альдостероновой системы

 

ЭКГ больного с первичным гиперальдостеронизмом. Признаки гипокалиемии: удлинение интервала QT и появление зубцов U

КТ органов брюшной полости больного с неопухолевой формой гиперальдостеронизма.
Двусторонняя гиперплазия коры надпочечников (увеличенные надпочечники указаны стрелками)


   У большинства больных с синдромом гиперальдостеронизма имеет место высокая АГ. Синдром злокачественного течения АГ у больных ПА наблюдается в 7% случаев. У части больных АГ может носить кризовый характер, что обосновывает необходимость проведения в этих случаях дифференциального диагноза с опухолью мозгового слоя надпочечников – феохромоцитомой.
   Повышенная секреция альдостерона оказывает влияние  и на миокард. Исследования последних лет свидетельствуют   о существенной роли альдостерона в развитии фиброзных изменений в миокарде. У большинства больных выявляется гипертрофия миокарда левого желудочка разной степени выраженности, регистрируются признаки нарушения систолодиастолической функции миокарда (J.Rossi, 1996).
   Проведение дифференциального диагноза между различными формами гиперальдостеронизма основано на тщательном исследовании функционального состояния ренин-ангиотензин-альдостероновой системы (РААС).
   Однократные исследования концентрации альдостерона   в плазме крови (КАП) и АРП, особенно в базальных условиях – в покое, не позволят дифференцировать альдостерому: повышенная секреция альдостерона и низкая АРП характерны  и для альдостеромы, и для идиопатической гиперплазии коры надпочечников.
   С целью более точной диагностики проводят нагрузочные пробы, направленные на стимуляцию или супрессию РААС. Известно, что секреция альдостерона и уровень АРП меняются под влиянием ряда экзогенных воздействий, поэтому за 10–14 дней до исследования исключается медикаментозная терапия, которая может исказить интерпретацию полученных результатов. Для стимуляции низкой АРП применяют следующие тесты: часовую ходьбу, гипонатриевую диету, диуретики. Низкая, нестимулируемая АРП характерна для больных с альдостеромой и идиопатической гиперплазией коры надпочечников, тогда как у больных с ВА она подвержена значительной стимуляции.
   В качестве тестов, вызывающих супрессию повышенной секреции альдостерона, используют дезоксикортикостерона ацетат (ДОКА), диету с повышенным содержанием натрия, внутривенное введение изотонического раствора.
   Эти тесты направлены на увеличение внеклеточного объема жидкости и подавление активности РААС, при этом секреция альдостерона не изменяется только у больных с альдостеромой вследствие автономной секреции альдостерона опухолью, тогда как у большинства больных с гиперплазией коры надпочечников отмечается супрессия продукции альдостерона.
   Широкое распространение в клинической практике имеет тест с 4-часовой ходьбой, основанный на анализе зависимости уровня альдостерона от секреции АКТГ, которая в соответствии с суточным ритмом достигает максимума рано утром, постепенно снижаясь к вечеру. Определяют КАП в 8 ч утра в покое и после 4-часовой ходьбы в 12 ч. При этом выявляется характерная для синдрома Конна зависимость: стимулирующее воздействие ходьбы повышает КАП в 1,5–2 раза при всех формах гиперальдостеронизма за исключением больных с альдостеромой, у которых КАП снижается или остается неизменной в силу автономности секреции альдостерона от ренин-ангиотензиновой системы и зависимости ее от АКТГ. Вместе с тем следует отметить, что аналогичные результаты выявлены и в редких случаях односторонней гиперплазии коры надпочечника. Кроме того, в настоящее время установлено, что в некоторых случаях (в 30–40%) даже у больных с альдостеромой КАП на фоне 4-часовой ходьбы может быть подвержена стимуляции в силу повышенной чувствительности некоторых альдостером к ангиотензину.
   Таким образом, нагрузочные тесты позволяют выявить нарушение функционального состояния РААС в виде неадекватной реакции на нагрузки у больных с синдромом Конна. Вместе с тем ни один тест не является абсолютно специфичным. Только проведение нагрузочных проб в комплексе и сопоставление их с результатами других методов исследования способствуют правильной диагностике (F.McAlister, 1998).
   Для анализа структурного состояния надпочечников, стороны локализации опухоли используют различные топические методы. Наибольшее распространение получили такие методы, как рентгеновская компьютерная и магнитно-резонансная томография. Точность выявления опухолевых образований этим методом может достигать 95% (Du – YC, 1994). Однако сам факт выявления образования в надпочечнике не позволяет судить о его гормональной активности (возможны случаи "нефункционирующих" образований), поэтому необходимо сопоставление выявленных изменений с данными гормонального обследования. Достаточно информативен метод селективной флебографии надпочечников с катетеризацией вен и определением концентрации альдостерона в крови, оттекающей от правого и левого надпочечников.
   Лечение больных с синдромом Конна – хирургическое: удаление альдостером у 50–70% больных приводит к нормализации АД или к значительному его снижению. В предоперационном периоде, а также при отказе больных от хирургического лечения проводится терапия конкурентным антагонистом альдостерона по влиянию на канальцевые рецепторы – спиронолактоном – в суточной дозе 250–300 мг. Ингибирующее воздействие верошпирона на продукцию альдостерона может осуществляться различными путями: через влияние на синтез, метаболизм и проявление внепочечного эффекта этого гормона. Спиронолактон препятствует развитию фиброзных изменений в миокарде (C.Brilla и соавт., 1993), что особенно важно при назначении этого препарата больным с нарушением систолодиастолической функции миокарда. Начало гипотензивного действия верошпирона отмечается через 2 нед лечения, максимальное снижение АД достигается в период от 3 до 5 нед, в дальнейшем гипотензивный эффект поддерживается меньшей дозой препарата (100–200 мг/сут). Отсутствие гипотензивного эффекта обычно связывают с наличием выраженного гипертонического ангиосклероза в почках.
   Целесообразно также назначение верошпирона в качестве патогенетической терапии больным с ИА и ВА: наблюдаются снижение АД, нормализация уровня калия в плазме крови, исчезновение нейромышечных и почечных симптомов гиперальдостеронизма. Терапия верошпироном может привести  к гиперкалиемии, поэтому необходимо контролировать содержание калия в плазме крови и показатели ЭКГ.
   При отсутствии адекватного гипотензивного эффекта возможна сочетанная терапия антагонистами кальция.
   Перспективным представляется использование у больных АГ с низкорениновым гиперальдостеронизмом препаратов из группы антагонистов ангиотензина II – селективных блокаторов АТ1-рецепторов: имеются предпосылки, обосновывающие возможность применения этих препаратов у больных с супрессией АРП (B.Levine, 1999).
   Разработка новых диагностических и лечебных подходов, обеспечивающих возможность своевременного выявления и адекватного лечения больных с синдромом Конна, – цель дальнейших исследований.



В начало
/media/refer/03_03/7.shtml :: Sunday, 28-Sep-2003 18:14:06 MSD
© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster